История Германии. Том 2. От создания Германской империи до начала XXI века
Рабочее и социал-демократическое движение
В условиях индустриализации динамично увеличивалась численность рабочего класса. В 1895 г. во всех секторах экономики было занято 12,8 млн, а 1907 г. — 17,8 млн рабочих. Особенно быстро росла численность рабочих в промышленности и ремесле: в 1895 г. она составила почти 6 млн, в 1907 г. — 8,6 млн. Концентрация рабочих на крупных предприятиях способствовала осознанию ими общественной значимости их труда. В отдельных его группах, особенно находящихся под влиянием социал-демократов, происходило формирование классового самосознания, готовности к более радикальным методам защиты интересов. Единству действий препятствовало наличие в профсоюзном движении нескольких течений. Влиятельными были христианские профсоюзы (340 тыс.), направлявшиеся католической церковью и партией Центра. В рабочей среде действовали также буржуазно-либеральные профсоюзы (120 тыс.), созданные еще в 1860-е гг. Максом Гиршем (1832-1905) и Францем Густавом Дункером (1822-1888), — они назывались гирш-дункеровскими. Забастовки 1889-1890 гг. способствовали росту влияния Свободных немецких профсоюзов, сотрудничающих с СДПГ.
Преследования в годы «исключительного закона» обусловили, с одной стороны, радикализацию теории Социал-демократической партии Германии и распространение в ней марксизма. С другой стороны, закон против социалистов, который запретил партию, но допускал ее участие в парламентской деятельности, способствовал выработке реформаторской практики. В 1891 г. на съезде в Эрфурте была принята новая партийная программа («Эрфуртская программа»), В подготовке ее теоретической части принимали участие Фридрих Энгельс (1820-1895), Карл Каутский (1854-1938) и Эдуард Бернштейн. Из нее были удалены все лассальянские положения. Конечной задачей в ней ставилось создание социалистического общества путем превращения частной собственности на средства производства в общественную собственность. Программа содержала установку на завоевание политической власти пролетариатом. Но ее создатели не включили требование установления диктатуры пролетариата, как и демократической республики, аргументируя это опасением вызвать преследования. Вторая часть Эрфуртской программы содержала требование всеобщего избирательного права, пропорциональной системы выборов, введения прогрессивного налога, права на забастовку, свободы слова, собраний, печати, равноправия женщин и др. В программе отсутствовали положения относительно путей построения социалистического общества. Она допускала борьбу за демократические свободы, путь социальных реформ и революцию. В результате, одни группы социал-демократов привлекал революционный пафос партии, другие — ее прагматические установки. На Эрфуртском съезде германская социал-демократия приняла не только новую программу, но и новое название — «Социал-демократическая партия Германии» (СДПГ).
В 90-е гг. XIX в. формируется массовое социал-демократическое движение. Еще в 1880-е гг. СДПГ превратилась в крупнейшую партию Германии. В 1906 г. она насчитывала 400 тыс. членов, в 1914 г. — 1,1 млн, а свободные профсоюзы — 2,6 млн. В начале XX в. социал-демократы имели 65 типографий, которые выпускали 91 партийное издание. Партией были созданы массовые организации: Рабочий спортивный союз, молодежные и женские группы. В ее кооперативные организации в 1909 г. входило 1,4 млн человек. На выборах в рейхстаг СДПГ получила в 1898 г. — 2,1 млн голосов (27,2 %), в 1903 г. — 3 млн (31,7 %); в 1907 г. — 3,3 млн (28,9 %); в 1912 г. — 4,25 млн (34,8 %). Рабочее и социал-демократическое движение стало важным фактором политического развития Германской империи.
Центрами влияния СДПГ были индустриальные регионы и крупные города с преобладанием пролетарского населения. За партию голосовало, как правило, большинство рабочих-протестантов старше 25 лет (по официальной статистике 5,5 млн), так как рабочие-католики в основном ориентировались на партию Центра. Социал-демократов поддерживала также часть избирателей из среды интеллигенции, служащих и чиновников низшего ранга, мелких предпринимателей. Но СДПГ так и не удалось наладить связи с крестьянством. В 1895 г. на очередном съезде в Бреслау большинство депутатов отвергло проект аграрной программы А. Бебеля, который хотел привлечь к поддержке партии мелкое крестьянство. Партия сознательно делала упор на агитационной работе среди городских рабочих и ремесленников. Не ставилась задача привлечения к СДПГ представителей растущих «новых средних слоев». Таким образом, и на рубеже XX в. СДПГ в целом оставалась чисто «классовой партией».
Быстрый рост количества членов, изменения в социальном составе СДПГ привели к сдвигам в расстановке сил внутри партии, которые отражали глубинные процессы, связанные с новой фазой развития капитализма. Кадровые рабочие представляли опору революционного направления, в то же время в партии увеличивалась доля выходцев из мелкобуржуазных слоев, недовольных политикой правительства, порой даже «пролетаризовавшимися» в процессе индустриализации. В условиях экономического подъема возросла прослойка так называемой «рабочей аристократии» — квалифицированных рабочих. В 1912 г. их доля в составе трудящихся Пруссии достигла 15 %. Эти группы были более склонны к борьбе за социальные реформы и легальные методы действия. Опорой реформизма в СДПГ стала часть бюрократизирующейся профсоюзной верхушки и депутатов фракции СДПГ в рейхстаге, убежденных в эффективности методов парламентаризма. Противоречие между революционной теорией и реформистской практикой, содержавшееся в Эрфуртской программе, было обусловлено не только тактическими соображениями.
Канцлерство Л. фон Каприви
В 1890-1894 гг. имперским канцлером был генерал Лео фон Каприви (1831-1899). В своем первом выступлении перед рейхстагом Каприви провозгласил «новый курс». Он обещал, что политика его правительства будет надпартийной, направлена на «примирение классов» и кооперацию со всеми «невраждебными государству» партиями и политическими силами. Эта установка радикально отличалась от политической практики Бисмарка, который опирался лишь на три «картельные партии». Одной из основных задач «нового курса» Каприви явилось стремление освободить рабочий класс от влияния социал-демократии и вовлечь его в орбиту буржуазных партий. Одним из первых шагов в этом направлении стала отмена исключительного закона 30 сентября 1890 г.
В области экономической политики при Каприви был осуществлен переход к индустриально-аграрному развитию. Канцлер поставил задачу создать лучшие возможности для развития промышленности, порой даже в ущерб крупным землевладельцам, традиционно находящимся под патронажем государства. Он был убежден, что статус Германии на мировом рынке будет определяться развитием новых, экспортных отраслей промышленности, поэтому необходим отход от политики аграрного протекционизма. Каприви создал систему двусторонних торговых договоров с твердо обусловленными пошлинами на 12 лет. Германия снизила ввозные пошлины на сельскохозяйственную продукцию, некоторые виды сырья и полуфабрикаты, а ее европейские партнеры открыли свои рынки для германских товаропроизводителей.
Каприви придавал торговым договорам большое политическое значение. Он был убежден, что они будут содействовать экономическому сближению Германии с европейскими государствами. Экономическая «Срединная Европа» проектировалась им и как альтернатива колониальной политике. В 1891 г. были заключены договоры с Австро-Венгрией, Италией, Бельгией, Швейцарией, в 1893-1894 гг. — с Испанией, Сербией, Румынией и Россией. Снижение тарифов на пшеницу и рожь в полтора раза имело и социальные последствия. Оно несколько компенсировало ущерб трудящимся, нанесенный подорожанием продуктов питания в период экономического кризиса начала 90-х гг. Политика «нового курса» Каприви, которая в центр внимания поставила приоритеты развития промышленных отраслей, вызвала сопротивление юнкеров. Оно ожесточилось после включения в торговую систему России, договор с которой предусматривал понижение импортных тарифов на зерно на 30-50 %. Впервые в истории империи канцлер лишился поддержки восточно-прусских юнкеров, что, с учетом особого положения Пруссии, означало серьезное ослабление его позиций. С целью противостояния политике Каприви остэльбские аграрии использовали Союз сельских хозяев, который начал вербовку своих сторонников среди крестьянства, положение которого в условиях индустриализации было крайне нестабильным. На рубеже XIX-XX вв. крестьяне составляли 90 % из его 200 тыс. членов.
В области социальной политики реформы Каприви дали относительно скромные результаты. В 1891 г. при поддержке Вильгельма II канцлер провел через рейхстаг закон об охране труда. Он устанавливал обязательный воскресный отдых, 11-часовой рабочий день для женщин и 10-часовой для подростков, запрещал фабрично-заводской труд детей младше 13 лет. Закон учреждал арбитражные суды, формируемые из представителей государства, предпринимателей и рабочих, призванные разрешать производственные конфликты. В Пруссии удалось провести налоговую реформу. Прежняя система разделяла население на группы, каждая из которых платила почти равную сумму налога. Реформа вводила прогрессивный подоходный налог, который несколько облегчил положение неимущих слоев. Часть налогов передавалась местному самоуправлению на решение проблем городов и общин.
В течение всего своего канцлерства Каприви пытался провести в рейхстаге военный законопроект. Он считал экономику важным, но недостаточно прочным фундаментом межгосударственных отношений. По его мнению, Германия в первую очередь нуждалась в сильной армии. Законопроект правительства предусматривал увеличение армии при сокращении срока службы с трех до двух лет, чтс позволяло обучить большее число призывников. Правительство не имело большинства в парламенте, и было вынуждено лавировать. Чтобы получить поддержку законопроекта депутатами польской фракции в рейхстаге, Каприви добился отмены проведенного Бисмарком закона о преимущественной продаже земель в польских областях немецким претендентам. Канцлер внес также законопроект, предусматривающий возвращение католической церкви средств, выплата которых ей была прекращена во время действия законов «культуркампфа». Этот проект вызвал противодействие свободомыслящих и национал-либералов, а его изъятие из обсуждения настроило против канцлера партию Центра. В результате, большинство депутатов этих партий в мае 1893 г. проголосовали в рейхстаге против военного законопроекта. Каприви, недовольный итогами голосования, назначил новые выборы в рейхстаг.
В условиях индустриализации динамично увеличивалась численность рабочего класса. В 1895 г. во всех секторах экономики было занято 12,8 млн, а 1907 г. — 17,8 млн рабочих. Особенно быстро росла численность рабочих в промышленности и ремесле: в 1895 г. она составила почти 6 млн, в 1907 г. — 8,6 млн. Концентрация рабочих на крупных предприятиях способствовала осознанию ими общественной значимости их труда. В отдельных его группах, особенно находящихся под влиянием социал-демократов, происходило формирование классового самосознания, готовности к более радикальным методам защиты интересов. Единству действий препятствовало наличие в профсоюзном движении нескольких течений. Влиятельными были христианские профсоюзы (340 тыс.), направлявшиеся католической церковью и партией Центра. В рабочей среде действовали также буржуазно-либеральные профсоюзы (120 тыс.), созданные еще в 1860-е гг. Максом Гиршем (1832-1905) и Францем Густавом Дункером (1822-1888), — они назывались гирш-дункеровскими. Забастовки 1889-1890 гг. способствовали росту влияния Свободных немецких профсоюзов, сотрудничающих с СДПГ.
Преследования в годы «исключительного закона» обусловили, с одной стороны, радикализацию теории Социал-демократической партии Германии и распространение в ней марксизма. С другой стороны, закон против социалистов, который запретил партию, но допускал ее участие в парламентской деятельности, способствовал выработке реформаторской практики. В 1891 г. на съезде в Эрфурте была принята новая партийная программа («Эрфуртская программа»), В подготовке ее теоретической части принимали участие Фридрих Энгельс (1820-1895), Карл Каутский (1854-1938) и Эдуард Бернштейн. Из нее были удалены все лассальянские положения. Конечной задачей в ней ставилось создание социалистического общества путем превращения частной собственности на средства производства в общественную собственность. Программа содержала установку на завоевание политической власти пролетариатом. Но ее создатели не включили требование установления диктатуры пролетариата, как и демократической республики, аргументируя это опасением вызвать преследования. Вторая часть Эрфуртской программы содержала требование всеобщего избирательного права, пропорциональной системы выборов, введения прогрессивного налога, права на забастовку, свободы слова, собраний, печати, равноправия женщин и др. В программе отсутствовали положения относительно путей построения социалистического общества. Она допускала борьбу за демократические свободы, путь социальных реформ и революцию. В результате, одни группы социал-демократов привлекал революционный пафос партии, другие — ее прагматические установки. На Эрфуртском съезде германская социал-демократия приняла не только новую программу, но и новое название — «Социал-демократическая партия Германии» (СДПГ).
В 90-е гг. XIX в. формируется массовое социал-демократическое движение. Еще в 1880-е гг. СДПГ превратилась в крупнейшую партию Германии. В 1906 г. она насчитывала 400 тыс. членов, в 1914 г. — 1,1 млн, а свободные профсоюзы — 2,6 млн. В начале XX в. социал-демократы имели 65 типографий, которые выпускали 91 партийное издание. Партией были созданы массовые организации: Рабочий спортивный союз, молодежные и женские группы. В ее кооперативные организации в 1909 г. входило 1,4 млн человек. На выборах в рейхстаг СДПГ получила в 1898 г. — 2,1 млн голосов (27,2 %), в 1903 г. — 3 млн (31,7 %); в 1907 г. — 3,3 млн (28,9 %); в 1912 г. — 4,25 млн (34,8 %). Рабочее и социал-демократическое движение стало важным фактором политического развития Германской империи.
Центрами влияния СДПГ были индустриальные регионы и крупные города с преобладанием пролетарского населения. За партию голосовало, как правило, большинство рабочих-протестантов старше 25 лет (по официальной статистике 5,5 млн), так как рабочие-католики в основном ориентировались на партию Центра. Социал-демократов поддерживала также часть избирателей из среды интеллигенции, служащих и чиновников низшего ранга, мелких предпринимателей. Но СДПГ так и не удалось наладить связи с крестьянством. В 1895 г. на очередном съезде в Бреслау большинство депутатов отвергло проект аграрной программы А. Бебеля, который хотел привлечь к поддержке партии мелкое крестьянство. Партия сознательно делала упор на агитационной работе среди городских рабочих и ремесленников. Не ставилась задача привлечения к СДПГ представителей растущих «новых средних слоев». Таким образом, и на рубеже XX в. СДПГ в целом оставалась чисто «классовой партией».
Быстрый рост количества членов, изменения в социальном составе СДПГ привели к сдвигам в расстановке сил внутри партии, которые отражали глубинные процессы, связанные с новой фазой развития капитализма. Кадровые рабочие представляли опору революционного направления, в то же время в партии увеличивалась доля выходцев из мелкобуржуазных слоев, недовольных политикой правительства, порой даже «пролетаризовавшимися» в процессе индустриализации. В условиях экономического подъема возросла прослойка так называемой «рабочей аристократии» — квалифицированных рабочих. В 1912 г. их доля в составе трудящихся Пруссии достигла 15 %. Эти группы были более склонны к борьбе за социальные реформы и легальные методы действия. Опорой реформизма в СДПГ стала часть бюрократизирующейся профсоюзной верхушки и депутатов фракции СДПГ в рейхстаге, убежденных в эффективности методов парламентаризма. Противоречие между революционной теорией и реформистской практикой, содержавшееся в Эрфуртской программе, было обусловлено не только тактическими соображениями.
Канцлерство Л. фон Каприви
В 1890-1894 гг. имперским канцлером был генерал Лео фон Каприви (1831-1899). В своем первом выступлении перед рейхстагом Каприви провозгласил «новый курс». Он обещал, что политика его правительства будет надпартийной, направлена на «примирение классов» и кооперацию со всеми «невраждебными государству» партиями и политическими силами. Эта установка радикально отличалась от политической практики Бисмарка, который опирался лишь на три «картельные партии». Одной из основных задач «нового курса» Каприви явилось стремление освободить рабочий класс от влияния социал-демократии и вовлечь его в орбиту буржуазных партий. Одним из первых шагов в этом направлении стала отмена исключительного закона 30 сентября 1890 г.
В области экономической политики при Каприви был осуществлен переход к индустриально-аграрному развитию. Канцлер поставил задачу создать лучшие возможности для развития промышленности, порой даже в ущерб крупным землевладельцам, традиционно находящимся под патронажем государства. Он был убежден, что статус Германии на мировом рынке будет определяться развитием новых, экспортных отраслей промышленности, поэтому необходим отход от политики аграрного протекционизма. Каприви создал систему двусторонних торговых договоров с твердо обусловленными пошлинами на 12 лет. Германия снизила ввозные пошлины на сельскохозяйственную продукцию, некоторые виды сырья и полуфабрикаты, а ее европейские партнеры открыли свои рынки для германских товаропроизводителей.
Каприви придавал торговым договорам большое политическое значение. Он был убежден, что они будут содействовать экономическому сближению Германии с европейскими государствами. Экономическая «Срединная Европа» проектировалась им и как альтернатива колониальной политике. В 1891 г. были заключены договоры с Австро-Венгрией, Италией, Бельгией, Швейцарией, в 1893-1894 гг. — с Испанией, Сербией, Румынией и Россией. Снижение тарифов на пшеницу и рожь в полтора раза имело и социальные последствия. Оно несколько компенсировало ущерб трудящимся, нанесенный подорожанием продуктов питания в период экономического кризиса начала 90-х гг. Политика «нового курса» Каприви, которая в центр внимания поставила приоритеты развития промышленных отраслей, вызвала сопротивление юнкеров. Оно ожесточилось после включения в торговую систему России, договор с которой предусматривал понижение импортных тарифов на зерно на 30-50 %. Впервые в истории империи канцлер лишился поддержки восточно-прусских юнкеров, что, с учетом особого положения Пруссии, означало серьезное ослабление его позиций. С целью противостояния политике Каприви остэльбские аграрии использовали Союз сельских хозяев, который начал вербовку своих сторонников среди крестьянства, положение которого в условиях индустриализации было крайне нестабильным. На рубеже XIX-XX вв. крестьяне составляли 90 % из его 200 тыс. членов.
В области социальной политики реформы Каприви дали относительно скромные результаты. В 1891 г. при поддержке Вильгельма II канцлер провел через рейхстаг закон об охране труда. Он устанавливал обязательный воскресный отдых, 11-часовой рабочий день для женщин и 10-часовой для подростков, запрещал фабрично-заводской труд детей младше 13 лет. Закон учреждал арбитражные суды, формируемые из представителей государства, предпринимателей и рабочих, призванные разрешать производственные конфликты. В Пруссии удалось провести налоговую реформу. Прежняя система разделяла население на группы, каждая из которых платила почти равную сумму налога. Реформа вводила прогрессивный подоходный налог, который несколько облегчил положение неимущих слоев. Часть налогов передавалась местному самоуправлению на решение проблем городов и общин.
В течение всего своего канцлерства Каприви пытался провести в рейхстаге военный законопроект. Он считал экономику важным, но недостаточно прочным фундаментом межгосударственных отношений. По его мнению, Германия в первую очередь нуждалась в сильной армии. Законопроект правительства предусматривал увеличение армии при сокращении срока службы с трех до двух лет, чтс позволяло обучить большее число призывников. Правительство не имело большинства в парламенте, и было вынуждено лавировать. Чтобы получить поддержку законопроекта депутатами польской фракции в рейхстаге, Каприви добился отмены проведенного Бисмарком закона о преимущественной продаже земель в польских областях немецким претендентам. Канцлер внес также законопроект, предусматривающий возвращение католической церкви средств, выплата которых ей была прекращена во время действия законов «культуркампфа». Этот проект вызвал противодействие свободомыслящих и национал-либералов, а его изъятие из обсуждения настроило против канцлера партию Центра. В результате, большинство депутатов этих партий в мае 1893 г. проголосовали в рейхстаге против военного законопроекта. Каприви, недовольный итогами голосования, назначил новые выборы в рейхстаг.