sandra_rimskaya (sandra_rimskaya) wrote,
sandra_rimskaya
sandra_rimskaya

Categories:

Документов о последних двух неделях Сталина просто нет... / окончание

Оригинал взят у mamlas в Документов о последних двух неделях Сталина просто нет... / окончание
Начало


10.
Майя Нусинова, 1927 г. р., школьная учительница: «Многие потом рассказывали, и воспоминаний сейчас таких много, как были счастливы, когда узнали о смерти Сталина, как повторяли: подох, подох. Не знаю, я помню только ужас. Шло же дело врачей, говорили, что процесс закончится публичной казнью, а остальных евреев погрузят в вагоны, как кулаков когда-то, и вывезут, что и бараки уже где-то в Сибири готовы. В моей школе была учительница, муж у ней где-то в ЦК работал, так она после статьи Тимашук кричала в учительской: подумайте, ведь дети этих нелюдей учились вместе с нашими! Да, я думала, что без Сталина эта ненависть выплеснется, что только он мог ей управлять, а теперь нас начнут убивать. Это наивно было, конечно, но так мне тогда казалось»

Последнее письмо

Исполняющим обязанности Поскребышева на очень короткое время становится его заместитель — Владимир Наумович Чернуха. Без оформления. Явочным порядком.

Все в тот же день, 17 февраля, Чернуха по поручению Сталина рассылает членам Бюро Президиума и секретарям ЦК КПСС ответ Сталина «товарищу Д.Н. Айдиту, главному секретарю компартии Индонезии». Все логично. Последнее совещание с Айдитом и письмо — тому же адресату.

Сталин предельно любезен и дает адресату подробные советы. В том числе соглашается с планом Айдита о том, как осуществить насильственный захват власти в далекой стране, где много каучука. Индонезийский ученик предлагал:

«Наша задача занять как можно больше постов в руководящих органах армии. Кроме того, <…> потребовать вооружения народа в целях самозащиты от нападения террористических групп и в особенности прихвостней феодалов».


11.
Газета The New York Times: «Москва зашевелилась. Автобусы сновали туда-сюда. На улицах все чаще можно было увидеть горчичного цвета грузовики с конвоем. Я был озадачен. Мне казалось, что готовится переворот»

Кремль был центром воскресшей на одной шестой части земного шара и доведенной Сталиным до совершенства византийской бюрократии. Письмо были обязаны рассмотреть и утвердить на Бюро Президиума ЦК. Внести в протокол. Разослать местным адресатам. Отправить шифровкой через 8-й отдел 2-го главного управления Генштаба Советской армии сначала в Пекин, а оттуда в Индонезию «главному секретарю» Айдиту.

Так вот, ничего этого не произошло. И новых писем за рубеж пока также не обнаружено. 17 февраля вновь оказывается рубежной датой.


12. Вопреки сталинской резолюции Сапожников так и не был арестован

Несостоявшийся арест

Последняя из известных на сегодняшний день резолюций Сталина может стать заголовком для краткого цитатника его руководящих мыслей. Сегодня читатели «Огонька» узнают о ней, а главное — увидят впервые.

16 февраля министр госбезопасности Игнатьев просит санкции на арест преподавателя Высшей военной академии Советской армии им. К.В. Ворошилова С.Г. Сапожникова (правильно: Бориса Сергеевича). И Сталин эту санкцию дает: «Арестовать».

Это — последний его приказ. А вот сведений о его исполнении и об аресте Бориса Сергеевича нет. Генерал-майора без шума перевели из Москвы на работу начальником военной кафедры Харьковского инженерно-экономического института. Но ведь он остался жив! После отставки вернется в Москву, защитит докторскую диссертацию и без малого четверть века, до самой пенсии, проработает научным сотрудником Института востоковедения АН СССР.

После финального «арестовать» следов работы сталинской мысли в открытых на сегодняшний день документах Президиума и Бюро Президиума ЦК КПСС нет.


13.
Олег Басилашвили, 1934 г.р., студент студии МХАТ: «Я жил на Покровке и ходил на учебу пешком — по Покровке, по Маросейке, потом по Театральному проезду, потом по Пушкинской улице (Б. Дмитровка.— прим. ред.), вверх по Камергерскому — и приходил в студию МХАТ. Для того чтобы попасть в студию, в те дни мне нужно было пересечь две очереди, которые сутками шли к Сталину. Там стоял какой-то майор, и я показал ему студенческое удостоверение, сказал, что меня надо пропустить, что я должен дойти до студии. Но в результате я влился в очередь и уже совсем скоро оказался в Колонном зале Дома Союзов. Почетного караула у гроба не было, во всяком случае, я не обратил внимания. Меня поразило, что в зале не было особой траурной атмосферы. Было очень светло, очень пыльно, а вдоль стен стояло громадное количество венков. Сталин лежал в мундире с блестящими пуговицами. Его лицо, которое на фотографиях всегда было таким добрым, показалось мне смертельно злым»

В списках не значится

А есть ли вообще признаки каких-то аномальных для кремлевского делопроизводства явлений за период с 18 февраля по 1 марта 1953 года? Да. И их более чем достаточно.

Приближался светлый весенний праздник — Международный женский день 8 Марта. Обычно Политбюро принимало пафосное постановление, в котором дежурно отмечался рост статуса женщины в советском обществе. 20 февраля Секретариат ЦК одобряет такую реляцию. Ее отсылают на утверждение Бюро Президиума. Там проставляют дату: 28 февраля.

Спустя восемь дней. Заминка необычна.


14. Постановление ЦК о 8 Марта. За Сталина расписывается Маленков

Еще больше настораживает помета Маленкова: «т. Сталин за. 27/II. Г. Маленков». Невооруженному глазу видны следы работы с номером месяца. Так работал ли в субботу 27-го Сталин с документами?

Разумеется, что 8 марта никакого торжественного заседания в Большом театре не будет. А докладчица — министр здравоохранения РСФСР товарищ Мария Ковригина вместе с остальными потенциальными участниками и участницами фуршета окажется в Колонном зале Дома союзов у гроба вождя.


15.
Людмила Дашевская, 1930 г. р., старший инженер лаборатории на заводе «Красная звезда»: «И вот как я была вся мятая и вся побитая, я и вышла — как раз к Столешникову переулку. И там была чистота, пустота и стояли урны. И я такая была изможденная, что села на одну из этих урн и отдыхала. И я шла сначала по Столешникову, потом по Петровке, потом вышла по Лихову переулку на Садовое. Тишина, свет горел всюду, как в помещении, все было освещено. И что меня поразило: все афиши (они раньше наклеивались на деревянные щиты) — все афиши были заклеены белой бумагой. Поэтому время от времени на пустой улице высвечивались эти белые пятна. И никого народу не было»

В этой связке «подлинных» (ой ли?) документов Бюро Президиума ЦК есть еще один важный список.

Если верить Хрущеву, что Сталин 28 февраля приезжал в Кремль смотреть американский вестерн, а потом встречался с ближайшими соратниками за обеденным столом в Кунцево (якобы сохранилось и меню этой тайной вечери), то почему же он не подписал свое финальное политическое меню? Речь о «Списке постановлений ЦК, представленных на утверждение Бюро Президиума ЦК». Была такая форма оперативного руководства сверхдержавой. Голосование животрепещущих вопросов списком и «вкруговую». Не глядя на сами документы.

В «Огоньке» публикуется этот последний прижизненный сталинский список вопросов (впервые!). Здесь Маленков со товарищи по будущему коллективному руководству уже не пытается соблюдать бюрократические приличия. Он утверждает список единолично. Без Сталина. Выводит: «За». Проставляет дату: «28 февраля». За ним на амбразуру исторической неизбежности уже безбоязненно бросаются Хрущев и Булганин.


16. Проект постановления ЦК без сталинской резолюции

При живом (живом?) вожде! Который «смотрит вестерн» или проверяет готовность блюд к прощальному обеду. Даже когда Сталин отдыхал на юге, в Сочи, перечни вопросов ему посылались для утверждения фельдъегерской связью и затем возвращались для оформления в Москву.

Эти два документа чем-то напоминают последние предперестроечные годы, когда Политбюро правило от имени умирающего Юрия Андропова или больного Константина Черненко.


17.
Елена Орловская, 1940 г. р., школьница: «На перемене тоже все ходили тихо, а в начале второго урока вошла учительница, ткнула пальцем в одну девочку и в меня: а вы идите со мной. Мы пришли в актовый зал. Справа два окна, между ними проем, в проеме генералиссимус всегда висел, метров пять высотой, при параде, в полный рост, в кителе. Там такая ступенечка красненькая и цветы — обязательно живые. Учительница говорит: становитесь в почетный караул. Вокруг ходят, бегают, уроков нет ни у кого, потом постепенно все ушли, тишина наступила, а мы стоим по струночке с руками по швам. Стоим час — часы напротив висят, стоим два... Меня обуревают мысли: что я дома скажу? Как признаюсь папе, что я стояла в почетном карауле? Это было мучение»

«Телеграмма» без ответа

После смерти Сталина власть была обеспокоена, а судя по цензуре и закрытости архивов, и сегодня озабочена, созданием видимости того, что вождь был жив вплоть до официальной даты смерти. А главное — работал с документам до биологического конца, то есть до ночи с 1 на 2 марта.

А значит, макет последнего, 16-го тома собрания сочинений Сталина, подготовленный через пару лет после его смерти к печати, должен был заканчиваться 27 февраля. И не резолюцией Маленкова «т. Сталин за», а чем-то более весомым.

И такой документ был «найден». Это поздравительная телеграмма Сталина вождю монгольских коммунистов Юмжагийну Цеденбалу по случаю седьмой годовщины Договора о дружбе и взаимной помощи. Казалось бы, обычный дипломатический ритуал. Но как проходили эти протокольные любезности? Сталин посылал телеграмму лучшему ученику в стране народной демократии. Тот посылал ответную телеграмму Учителю. На следующий день переписка печаталась на первой странице в «Правде».

В подготовленной архивистами публикации особо отмечалось, что телеграмма от 26 февраля 1953 года была отправлена в 13 часов 45 минут.


18.
Газета «Московский комсомолец» 8 марта 1953 года: «Имя великого Сталина более четверти века носит московское депо Октябрьской железной дороги. 26 лет назад на собрании рабочих здесь выступал с речью Иосиф Виссарионович Сталин. Начинается траурный митинг. С глубоким волнением слушают рабочие Обращение Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза, Совета Министров Союза ССР и Президиума Верховного Совета СССР ко всем членам партии, ко всем трудящимся Советского Союза. Слово предоставляется машинисту Герою Социалистического Труда В. И. Вышеградцеву. Он говорит: — Ушел от нас тот, кто был нашим отцом, учителем и другом, кто вместе с великим Лениным создал нашу могучую партию, наше социалистическое государство, кто указал нам путь к коммунизму. Умер великий Сталин, творец нашего счастья!»

Но она не была опубликована ни 27, ни 28 февраля, ни 1 марта. При живом вожде. Ни в Москве, ни в Улан-Баторе. И не была оглашена в Монголии на торжественном заседании партийной верхушки в театре. История с телеграммой наводит на мысль, что и она — миф.

Все это позволяет сделать вывод о том, что, после того как в 22 часа 30 минут 17 февраля 1953 года из кремлевского кабинета Сталина вышли Булганин, Берия и Маленков, следов деятельности, а значит, жизни вождя в доступных на сегодня архивах нет.

Пусть архивные начальники нас поправят, если мы не правы. Пока же они твердят о том, что на секретном хранении лишь 2–3 процента документов, то есть статистическая погрешность. В эту «погрешность» попадает и закат Сталина.


19.
Андрей Зализняк, 1935 г. р., студент филфака МГУ: «Стало известно, что некоторые дальние знакомые погибли, в основном мальчишки-девчонки. Во многих местах погибли люди, на Трубной было самое ужасное и на Дмитровке тоже — там довольно много людей были просто раздавлены о стены. Какого-нибудь выступа стены было достаточно... практически на всем протяжении лежали трупы. Мой тогдашний приятель оказался необычайно ловок, героического склада был человек, и он считал своим долгом побывать там непременно. Он говорил, что ему удалось пройти мимо гроба Сталина трижды — может, и преувеличил немного свои подвиги. Потом уже стало ясно, что это был смертельный номер»

Что-то еще?

Да. Есть косвенные свидетельства о том, что в Кремле произошло что-то сверхъестественное. Следы этого номенклатурного взрыва фонят и сегодня.

После 17 февраля захлебывается инфернальная кампания вокруг главного сталинского проекта тех дней — разоблачения «еврейского националистического подполья».

Разумеется, что до начала марта ревизия стратегического курса была скрыта, но ее симптомы уже проступали.

До середины февраля все шло по наезженной колее. 4 декабря 1952 года была дана отмашка для МГБ: «Усилить работу по борьбе с еврейским националистическим подпольем, являющимся англо-американской агентурой, обратив особое внимание на выявление его связей с американской разведкой, сионистскими центрами и разведками других стран». (Из постановления Президиума ЦК КПСС «О положении в МГБ и о вредительстве в лечебном деле (т. Гоглидзе)». (Полностью постановление засекречено по сей день.— «О».)

Согласно поставленной задаче чекисты представляли в Кремль протоколы допросов, составляли обвинительные заключения, сводки и предложения по новым арестам. Все говорило о том, что судилища будут показательными.

Сталин визировал документы. Аппарат готовил от имени Секретариата и отделов ЦК предложения по их реализации министерствами и ведомствами. Принимались постановления, рассылались распоряжения, царило телефонное право, давались устные указания, которые спускались на места и воспринимались как руководства к действию.

После 17 февраля этот отлаженный механизм команд и контроля оказывается в каком-то оцепенении.


20.
Любовь народа к Сталину, как показало время и открывшиеся новые свидетельства, была сильно преувеличена. Народ, конечно, давился в очереди в Колонный зал. Но из десятков миллионов осиротевших детей «отца народов» в Москву, в Кремль на венок Сталину прислали денежные переводы лишь 63 человека /гениальный «аргумент»!!! - прим. mamlas/

А в массовом сознании современников и потомков о тех днях томительного ожидания развязки осталось несколько мифов. Едва ли не главный из них — о планах депортации евреев. Имело это место или нет?

Известно, что существовало предложение МГБ: «Сослать на 10 лет членов семей участников еврейской националистической организации под прикрытием еврейского антифашистского комитета». Маленков расписывает эту инициативу: «На Секретариат». Доходит ли она до Секретариата ЦК? Нет. Следующая отметка на бумаге только от 8 апреля, когда кошмар уже кончится.

Но процесс уточнения, вплоть до конкретных фамилий и адресов, мест работы, шел полным ходом. К середине февраля слух о возможности и политической целесообразности депортации стал фильтроваться в околовластные структуры, а оттуда в общественные организации и в массовое сознание.

Одним из первых на дуновение времени живо и заинтересованно откликнулось руководство Союза писателей СССР. «Инженеры человеческих душ» предложили рецепт быстрого решения самого жгучего вопроса советской повседневности — жилищного. Сурков, Симонов, Тихонов, Твардовский, Федин, Леонов, Софронов, Грибачев и Кожевников просят «дорогого Иосифа Виссарионовича» «воздействовать» на Мосгорисполком в деле «переселения из домов Союза советских писателей, не имеющих к ССП никакого отношения» лиц. Фамилии предлагаемых к переселению не названы. Пока. Главное — получить согласие.

И письмо попадает в цель. Поскребышев докладывает вопрос лично Сталину и получает санкцию начать процесс подготовки к выселению. По альбому резолюций Сталина (как уже сказано, эти альбомы в архивах недоступны) почину писателей дан № 222 за 12 февраля 1953 года и ему присвоена высшая категория «С» («Сталин»). Заметьте: 12 февраля. Выселение лиц, «не имеющих к ССП никакого отношения» — вопрос почти решенный. Дальше остается только формальное визирование в Бюро Президиума ЦК. И что же решает Президиум? Притормозить: «Поручить т. Михайлову, Капитонову, Яснову с участием т. Фадеева и Суркова рассмотреть записку, принять необходимые меры и о результатах доложить».

Срок реализации не указан. Читатель поймет, что приказ был дан 12 февраля, а рассмотрен товарищами после 17 февраля. Соответственно потерял свою устрашающую силу. «Переселения» писателей и иже с ними не состоялось.


21.
Формально Сталина хоронили дважды. Второй раз в ночь с 31 октября на 1 ноября 1961 года у Кремлевской стены, заслонив место захоронения щитами из фанеры. Красная площадь всю ночь была оцеплена военными. Сталин уже был разоблачен съездом, в стране не оставалось людей, не понимавших, что происходило

А Сталина все не было и не было.

Прошло празднование 35-й годовщины Советской армии. Армии, Генералиссимусом которой он был. Сталин на собрании отсутствовал.

Прошли выборы в местные советы. Сталин не отметился на избирательном участке. Так же, как и никто из его верных учеников и соратников. Ни один.


22.
Бывший директор лаборатории Мавзолея профессор Сергей Дебов о вскрытии Сталина особым щадящим способом, чтобы легче потом было сохранять забальзамированное тело: «В ночь с 5 на 6 марта 1953 года прежде всего сделали слепок рук и лица. Потом приступили к вскрытию и временному бальзамированию. Там была неожиданность. При жизни мы Сталина никогда не видели. На портретах он был всегда красивый, моложавый. А оказалось, что лицо с сильными оспинами и старческими пигментными пятнами. Они особо проявляются после смерти. Невозможно такое лицо выставить для прощания в Колонном зале. Мы большую работу проделали, убирая пятна. Но потом все равно после установки гроба пришлось маскировать все светом. А в остальном было все как обычно. Мы всегда боимся контакта тела с металлом, особенно с медью. Поэтому все для Сталина было сделано из золота — пуговицы, погоны. Орденскую колодку сделали из платины»

От чего же были спасены страна и мир? От геополитической авантюры в Азии. В направлении Индонезии, а возможно, и Индии. С коммунистическим Китаем в качестве опорной базы. От раздачи оружия индонезийским коммунистам. От разыгрывания азиатской карты в условиях горячей войны на Корейском полуострове и неминуемого обретения СССР водородной бомбы. Бомба будет взорвана в сентябре, когда война в Корее закончится перемирием, которое длится до сих пор.

Внутри страны мы избежали новой чистки. И не получили новых громких процессов (Маклярского, Шейнина, Сапожникова и иже с ними). Состоялась быстрая реабилитация Михоэлса.

Похоже, что избавление случилось не 5 марта. Его признаки становились все явственнее с середины феврали и приобрели форму тенденции в ночь с 17 на 18 февраля.

Уже 20 февраля секретарь ЦК Николай Михайлов (он был ответственным за идеологическое обеспечение «дела врачей») без объяснений не дает санкции на печатание плаката «Враг коварен — будь начеку». О каком враге шла речь, понятно.

Советские вожди уходили из жизни по-разному, но документально доказуемо. Даже уход Ленина документирован: за несколько часов до смерти Крупская читала ему «Мартина Идена».

И только Сталин оставил перед своим уходом черную дыру длиною в долгие две недели.
Леонид Максименков
«Огонёк» и «Коммерсант», 5 марта 2015 - 26 февраля 2016

Tags: Сталин
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments