sandra_rimskaya (sandra_rimskaya) wrote,
sandra_rimskaya
sandra_rimskaya

Categories:

Кашрут и иудаизм-литературная мистификация, созданная Союзом писателей СССР.

Оригинал взят у cat_779 в Кашрут и иудаизм-литературная мистификация, созданная Союзом писателей СССР.
Зачем был придуманы правила кашрута ? В том числе и для того, чтобы фальшивая еврейская история каждый день вместе с едой входила в сознание и быт каждого еврея. Соблюдение кашрута подчёркивает обособленность евреев от остального населения и объдиняет их между собой. Какова была роль Союза писателй СССР в создании фальшивой еврейской истории и литературных мистификаций о спефицическом еврейском образе жизни? Не может ли оказаться так, что все, что связано с религиями в СССР, было специальным проектом советского правительства под руководством Ватикана, созданного в 1929 году? Союз писателей СССР был создан в 1934 году, в его состав входило 1500 членов.
Сталин отлично оплачивал бездарные рассказы советских писателей, они получали по тем временам сверхвысокую зарплату, премии, имели квартиры, дачи и машины. Спрашивается, за какие заслуги? Эти советские писатели в перерывах между пьянкой, семейными дебошами и развратом внедряли в сознание советских людей потрясающую по своей глубине и размаху ложь буквально обо всём и сочиняли религиозные литературные мистификации.




Проскуровские шойхеты
Леонид Западенко, Хмельницкий

Для меня эта история началась несколько лет назад. В то время я читал книгу Василия Гроссмана «Жизнь и судьба».
(Васи́лий Семёнович Гро́ссман (Ио́сиф Соломо́нович Гроссман; 12 декабря 1905, Бердичев — 14 сентября 1964, Москва). член Союза писателей СССР с 1937 года.)

В ней можно найти рассказ еврейского мальчика о довоенной жизни в маленьком городке. По существу, то же самое можно было наблюдать во всех без исключения штетлах Подолья, и не только Подолья. Глазами мальчика видим его с бабушкой поход на базар. Там бабушка купила пестренькую живую курочку и понесла ее вниз головкой, за ножки, связанные белой тряпочкой. «Они зашли во дворик, к ним вышел старичок в ермолке, и бабушка заговорила с ним по-еврейски. Старичок взял курицу на руки, стал бормотать, курица доверчиво кудахтнула, потом старик сделал что-то очень быстрое, незаметное и...». Ой, курочка уже без головы! старичок убил курочку! Конечно, в глазах мальчика произошло что-то ужасное, невообразимо жестокое. Но зависит от того, с какой стороны смотреть...

Давно прошло то время, когда можно было воочию наблюдать подобную картину на Украине. Теперь на базарах уже почти не встретишь живых кур в продаже. Магазины продают только разделанных кур. А они у нас, понятно, некошерные. Да и евреев, соблюдающих кашрут, осталось всего-ничего.

Мы попробуем рассмотреть рассказанное выше в подробностях и с разных сторон. Многовековые законы и практика еврейского народа, относящиесяся к питанию, берут начало в Торе - Пятикнижии Моисеевом. Там, в книгах Левит и Второзаконие, содержатся однозначные подробные указания – какие именно виды животных и птиц и какие - рыб можно употреблять в пищу, а какие, соответственно, запрещены к употреблению. Но мясо разрешенных в пищу животных и птиц может быть кошерным (буквально – «подходящим», «пригодным»), только если их убили специальным образом (такой правильный метод «ритуального убоя» скота и птицы имеет название «шхита»). Законоучители Талмуда и мудрецы, пришедшие вслед за ними, разработали целый комплекс правил шхиты. Среди них – и то, что шхиту должен производить специально обученный резник («шойхет» в ашкеназском иврите, принятом на Украине, и, соответственно, на идиш).

Во все времена и эпохи кашрут был тем фактором, который отличал евреев от других народов. Ведь известно, что при основании новой общины первыми призывали раввина и резника. Резник всегда был одним из главных людей в местечке. Без него евреи не могли кормиться! Евреи не отказывались от кашрута - даже ценой жизни. В литературе о марранах, кантонистах, о Катастрофе описаны случаи принятия суровых лишений и даже мученической смерти целыми общинами, лишь бы не отступать от законов кашрута. Не случайно любимой забавой и казаков Богдана Хмельницкого, и махновцев была «игра», которая называлась «накормить жида свининой»: бандиты окружали еврея, саблей разжимали ему челюсти и вталкивали в рот кусок свинины. Затем они зажимали ему рукой рот и нос, требуя, чтобы он этот кусок проглотил. Но еврей упорно не хотел глотать свинину и в результате умирал от удушья…

Многие евреи стремились соблюдать кашрут в советских лагерях. Там, где особо выбирать пищу не приходилось, где кусочек свиного сала ценился на вес золота, они принципиально питались только хлебом и картошкой, предпочитая умереть с голода, но не нарушить заповеди Творца. По воспоминаниям узников нацистских концлагерей, в некоторых из них в Судный день специально ставили на улице столы, на которые выкладывали свиные окорока, а затем выстраивали вокруг них евреев, предлагая полакомиться. И качавшиеся от голода узники молча стояли перед этими запретными яствами, и никто из них не спешил выйти из строя, чтобы попробовать кусочек…Так что, нравится это кому-то или нет, но, помимо того, что она запрещена Торой, свинина невольно напоминает евреям обо всех гонениях и погромах, которые им пришлось пережить.(кому было выгодно лепить образ мучеников из советских евреев? Вы лично можете поверить, что здоровый мужчина в лагерях отказался от куска сала или свиного мяса из религиозных соображений?)

И вот теперь остановимся на фигуре «старичка в ермолке» (из рассказанного выше). Это шойхет. Резник и Шойхет – это еврейские фамилии, довольно распространенные (наверняка встречались и в Проскурове). Но не просто фамилии. Они свидетельствуют о том, что предки их современных носителей в момент «офамиливания» евреев в соответствии с царским указом (это произошло в Российской империи в начале 19 века) служили еврейской общине в качестве представителей этой профессии многовековой давности.

«А как же та изощренная жестокость, с какой евреи забивают курицу и которая производит такое неизгладимое впечатление на сентиментальных еврейских мальчиков?» – вправе спросить вы. Но в том-то и дело, что при «еврейском забое» птицы или какого-либо предназначенного в пищу животного нет жестокости. Шхита осуществляется специальным, отточенным, как бритва, ножом («халаф» у ашкеназов), причем резник сначала тщательно проверяет его остроту на кончике ногтя, и смотрит, чтобы на нем не было ни одной зазубринки, а в момент забоя быстрым движением перерезает сонную артерию курочки, что приводит к ее мгновенной смерти. Острота ножа такова, что птица или животное даже не успевает почувствовать боли – так, как мы в первый момент не чувствуем ничего, когда случайно порежемся о бритву. К длине и форме ножа предъявляются жесткие требования: он не должен быть заостренным на конце; он должен быть в два раза длиннее, чем ширина шеи животного, и пр.

Не один раз на протяжении истории в Европе возникали движения за запрет шхиты, которая будто бы причиняет неоправданные страдания умерщвляемым животным. Большая часть этих движений имела антисемитскую подоплеку. Так было и в 19 веке в целом ряде европейских стран и, в частности, в Российской империи, и совсем недавно – в Голландии, и всегда удавалось путем объективных исследований доказывать, что другие методы убоя причиняют не меньше, а больше страданий - той же курочке. Поэтому в США, Великобритании, Ирландии, Финляндии и странах Южной Америки был принят закон, защищающий ритуальный убой. И не случайно многие неевреи в этих странах покупают и готовят кошерное мясо, хотя оно существенно дороже, чем некошерное. Очень важно, чтобы животное перед смертью не успело испугаться и не почувствовало боли.

Шойхет - глубоко религиозный человек. Он должен иметь высокий уровень религиозного образования, поскольку человека, который "не знает с какой стороны открываются еврейские книги", никто бы на эту важную должность не назначил. Он должен сдать сложный экзамен на знание законов и практические навыки шхиты (так сказать, экзамен по теории и практике этого дела) и иметь соответствующий документ от раввина. Обучение шхите требует значительного времени – не меньше года. Большую часть времени занимает обучение заточке ножей. Проверка остроты ножа очень строгая и производится перед каждой шхитой. У каждого шойхета был набор ножей, которые хранились в красивом футляре. Эта коллекция составляла большую ценность и передавалась от отца к сыну, так как ремесло это бывало, как правило, наследственным. В обязанности шойхета входит также детальный осмотр животного до убоя, чтобы убедиться в его здоровье и отсутствии дефектов на нем, и проверка его внутренних органов – сердца, легких (на наличие внутренних повреждений, которые поначалу были невидимы) после убоя, перед дальнейшими операциями, в которые входит удаление крови из туши (или тела убитой курицы), вырезание сухожилий и седалищного нерва из бедра (в память о том, что наш праотец Иаков был ранен ангелом в бедро, мясо нельзя есть, пока не удален этот нерв и сухожилия), а также нутряного сала вокруг желудка и кишечника. Евреи, уверенные в знаниях и благочестии шойхета, часто приглашали его исполнять и другие важные обязанности, особенно в маленьких общинах. Такой специалист часто совмещал обязанности шойхета, моэла, производящего обрезания, и меламеда –учителя маленьких детей.

На этом месте рассказчик вынужден остановиться, посмотреть на слушателей и сказать: «Это только присказка, сказка впереди». Начинаем главную часть рассказа.



Район Хмельницкого базара, конец 50-х годов прошлого века

Раннее утро на Проскуровском рынке. Ещё никого нет, лишь один мужчина с длинной седой бородой медленно проходит между пустыми рядами. Непонятно, как такой человек попал в это место и что он здесь делает? Такое запоминающееся лицо, что если кто-то его увидит, то не поймёт, зачем такой человек ходит по рынку еврейского местечка Подольской губернии. Вся еврейская история будто соединилась в одном этом удивительном человеке. Это шойхет.

Шойхет стоял на городском рынке Проскурова и резал кур для евреев города, но настал день… и арестовали шойхета. Особой причины для ареста не требовалось, было достаточно того, что он резал кур согласно еврейской традиции. Разве в те годы нужна была ещё какая-то причина?

А повод? Да, повод для ареста был. В начале 30-х годов ХХ века в стране проводилась компания по изъятию у еврейского населения золотых и серебряных монет и изделий (в народе она получила ироническое название «золотая лихорадка»). В ходе этой кампании через застенки ГПУ прошло практически всё еврейское мужское население подольских городов и местечек. Один из проскуровских шойхетов тоже не избежал этой участи. И в тот же день в КГБ стали приходить бабушки с живыми курицами. Собралось 20-30 бабушек, и каждая с курицей и с одним единственным требованием – «освободите шойхета!». Старушки кричали, что они не могут есть без шойхета и не собираются умирать от голода. Прошёл час, затем другой, и в КГБ начали осознавать, что не могут разобраться ни с бабушками, ни с курицами. Шойхет был освобождён, и на выходе ему вручили официальное разрешение – бумагу, в которой была указано, что он может легально стоять на рынке и резать кур согласно еврейским законам. Эту историю, я слышал от старых евреев Проскурова. Не знаю, насколько она правдива, но этого достаточно, чтобы заинтересоваться тем, кто был этот шойхет и что он был за еврей.
(Шойхет пошёл на сотрудничество с НКВД и стал информатором?)

Вот такие следы в проскуровских документах и в воспоминаниях проскуровчан оставили старейшие представители этой необходимой евреям профессии, обслуживавшие религиозных евреев Проскурова еще до советско-германской войны и даже до революции, Совершенно очевидно, что шойхеты обитали в Проскурове ровно с тех пор, как там появились евреи и возникла первая община.



Дом в Хмельницком, по адресу ул. 25 Октября № 49 , где в середине 1940-х годов жил один из Проскуровских шойхетов Герш Судман.( Фотография середины 1960-х годов)

Дополнение к статье (от Е. Шейнман).
Вариации на тему: шойхеты и кашрут

Последний из приведенных в статье Леонида документов датирован недоброй памяти 1949-м годом. «А что было дальше?» - мы можем спросить себя. Было много плохого и страшного - и в целом по стране, и в Проскурове. В 1952 г. у проскуровских евреев отняли последнее синагогальное здание. Теперь приходилось молиться нелегально. Миньяны (кворумы из минимум десяти взрослых евреев, необходимые для коллективной молитвы и совместного чтения Свитка Торы) продолжали «незаконно» собираться в частных домах под страхом облав и арестов. Эти собрания приравнивали к "антисоветским сборищам" и обвиняли стариков в посягательствах на советский строй.

После весьма своевременной смерти вождя, замыслившего закончить дело Гитлера в отношении евреев, и особенно после судьбоносного доклада Хрущева почувствовалось дыхание свободы. Вместе со всплеском надежд на лучшее произошло и оживление религиозной жизни, но ненадолго. Как оказалось, облегчение было временным. Все вернулось на круги своя. Страх опять сковал всё и вся. В результате общинная жизнь сошла на нет, тем более, что с началом 1970-х евреи начали разъезжаться. А оставшиеся на месте религиозные старики постепенно переселились на кладбище. И так было повсеместно в украинских больших и малых городах, некогда входивших в «черту оседлости».

Не миновала эта судьба и местных шойхетов. Мне неизвестно, пережил ли старенький Герш Судман своего ровесника, «вождя мирового пролетариата», и если пережил, то надолго ли. И как долго еще он мог производить шхиту и обрезания. Во всяком случае, у него вряд ли были молодые преемники. Да, боюсь, и надобность в труде шойхетов в Проскурове со временем отпала.

Вот как описывает ситуацию в городе издатель, еврейский общественный деятель Михаил Гринберг, побывавший там в 1988 году (он с бригадой рабочих и волонтеров занимался тогда восстановлением старого кладбища в Меджибоже, неподалеку от Хмельницкого / Проскурова): «Большинство евреев Хмельницкого не знают идиш, почти никто не читает на этом языке. Нам встретились в Хмельницком лишь два еврея, которые изучают иврит и интересуются еврейской традицией». Дальше он пишет о том, что через Хмельницкий «стали проезжать автобусы с американскими хасидами, направлявшимися на могилу Баал-Шем-Това. На Украине вновь появились евреи — в лапсердаках и черных шляпах, с пейсами и цицис! Проскуровские евреи при виде их застывали на месте, подобно жене Лота... Их потрясло, что американцы тратят тысячи долларов для того, чтобы приехать в их забытый Б-гом край и помолиться у, казалось бы, никому не известной могильной плиты. Старшее поколение больше всего поразили именно эти доллары — ведь американцы не будут вкладывать деньги в безнадежное предприятие! Первой реакцией молодежи было удивление, затем многим захотелось узнать, кто такой Баал-Шем-Тов и что такое хасидизм, стали искать книги на эти темы. А к концу лета почти каждое воскресенье несколько человек из Проскурова стали приезжать в Меджибож и в меру своих сил принимать участие в реставрационных работах». И с этого началось возрождение проскуровского еврейства. В следующем, 1989 году, уже была сформирована община "Тхия" (это слово как раз и означает "Возрождение").

Пара слов об эпизоде из рассказа мальчика, стоявшего с мамой в очереди к проскуровскому шойхету. Сперва рассказ поражает: как это шойхет открыто делает свое дело, да еще на виду у всех: в таком многолюдном месте - у рынка. Как ему это позволили?! Не может такого быть! Может!! Разгадка в словах мальчика: «он ощипывал курицу». Тогда катастрофически не хватало перьев и пуха для набивки перин, подушек, пуховых одеял. Шойхет этот официально состоял на службе в государственном учреждении «Райпотребсоюз» - поставлял туда «пух-перо» от зарезанных им курочек. И при этом делал исключительно важное дело для евреев – давал им возможность соблюдать кашрут. Я читала о подобных сделках. Конечно, в КГБ прекрасно понимали, что он числится «совработником» не для зарплаты: его главная цель – религиозно-духовная, и эта работа позволяла ее выполнять. Администрация учреждения его всячески прикрывала – он был для них очень ценным работником. Но тем не менее, за шойхетом наверняка была постоянная слежка. И это обстоятельство заставляло его быть всегда настороже.

Было в огромной стране «победившего социализма» место, где все было по-другому, где полнокровная общинная жизнь не только не затухала, а разгоралась, захватывая все больше детей и молодых людей, получавших полноценное образование – в хедерах и иешиве. И все необходимые атрибуты существования общины там были налицо, конечно, включая строгое соблюдение кашрута ее членами.

Недавно я прочла книгу «Самарканд: свет хасидского подполья». Автор р. Гилель Зальцман Русский перевод (с оригинального ивритского текста) был выпущен в 2015 году. Книга охватывает период от начала 1940-х до 1972 года. В ней рассказывается об общине хасидов ХАБАДа в Самарканде. Многие семьи хабадников, которые в начале войны эвакуировались в Среднюю Азию из городов и местечек Украины и Белоруссии, так и осели в Самарканде. Там же оказалась и подпольная иешива "Томхей Тмимим". Парадоксальным образом, именно годы войны были периодом расцвета там еврейской жизни - в изоляции, вдали от фронтов: сталинскому режиму в то время было не до «соблюдающих» евреев. Конечно, после войны преследования возобновились с новой силой. Обращены они были против всех евреев и, в их числе, против хасидов. Тогда и ушли они, вместе с хедерами и иешивой, кашрутом и благотворительностью, многолюдными Шаббатами, Бар-Мицвами, обрезаниями и пр., - в глубокое подполье. И так хорошо освоили науку конспирации, что люди, буквально находившиеся рядом, проходили мимо и ничего не замечали. Хасиды научились водить за нос и милицию, и "органы", которые за ними охотились.

Самым ценимым качеством у тех, кого они принимали в свой ближний круг, было умение держать язык за зубами. Но вернемся к началу моего рассказа. Среди хабадников, эвакуированных в Среднюю Азию в 1941 г. или попавших туда во второй половине 1940-х гг., были и шойхеты (куда ж без них!), точнее, уцелевшие остатки этой большой группы «служителей культа», пережившие жестокие гонения 1930 годов. Отец Гилеля, младшего отпрыска семьи Зальцман, тоже был шойхетом. Годы войны он провел в заключении. В семье без кормильца царила нужда, поэтому мальчика Гилеля взяли к себе на это время дядя-шойхет и тетя, и он смог наблюдать быт семьи шойхета изнутри. Он и описал его в книге. Частная торговля мясом, тем более кошерным, была категорически запрещена, поэтому приходилось предпринимать суровые меры предосторожности. В частности, мальчик запомнил, как глубокой ночью дядю будил условленным стуком кто-нибудь из мясников. Дядя выходил "на дело" - в кромешную тьму. Животное уже было где-то подготовлено к шхите. Он "резал" и "проверял" и так же, под покровом ночи, возвращался домой. Бывало, что по дороге на него нападали - грабители или хулиганы. Могли и пырнуть в спину ножом – такое бывало. Но, слава Богу, обходилось без серьезных последствий. В другом родственном доме был организован настоящий подпольный мясокомбинат: папа-шойхет нелегально "резал", мама под его наблюдением удаляла сухожилия и седалищный нерв, еще кто-то из семьи расфасовывал мясо и упаковывал порции в пакеты, а дочка-школьница разносила их заказчикам - на нее подозрения блюстителей порядка не падали.

Когда отец Гилеля вернулся домой, он решил обучить сына законам шхиты, говоря при этом: никто не знает, куда его забросит жизнь; это очень важное умение, оно пригодится, если не для заработка, то, по крайней мере, для того, чтобы обеспечить собственную семью. Т.е. у отца ни тени сомнения не возникало - уже в советское время! - в том, что его сын никогда, ни при каких условиях не перестанет соблюдать кашрут и не войдет в неподобающую семью. Гилель не закончил полного курса обучения. Но он научился заточке и проверке качества заточки ножей, т.е. прошел весьма трудоемкую часть обучения шойхета его делу. И неоднократно пользовался приобретенным умением. Когда он приехал в Минск свататься к своей будущей жене, дочери тамошнего шойхета, и остался у них на Шаббат, то к мясу за столом не прикоснулся, так как не смог предварительно проверить заточку ножа, которым пользовался его будущий тесть. Конечно, была большая обида. Как это! Юнец, а туда же – не доверяет! Но хозяин дома во-время вспомнил, что за несколько лет до этого неприятного эпизода он был участником некоего застолья и там, после нескольких рюмок «лехаим», его понесло: он стал хвастаться своими умениями и достоинствами, видимо, в ущерб репутации товарищей по цеху. И тогда один из сидящих за столом напомнил ему «проклятие» шойхетов: «Чтоб твой будущий зять отказался есть мясо твоей шхиты». «И таки да, - подумал минский шойхет в этот обидный момент, описываемый Гилелем,- напророчил! Сбылось!» Свадьба состоялась в Самарканде, а когда на следующее лето молодожены приехали в Минск навестить родителей жены, Гилель подсмотрел, куда его тесть спрятал нож после шхиты и сумел незаметно взглянуть на его лезвие. Нож был в идеальном состоянии. В книге есть и другие, подчас курьёзные, байки про шойхетов, но пора остановиться.

Рассказ мой затянулся, но мне еще хочется рассказать о том, с какими секретами из страха "засветиться" было связано простое соблюдение кашрута в "нашей солнечной стране" (из истории моей семьи). Мой папа, уроженец Красилова, происходил из большой семьи (8 детей) ревностного садигорского хасида. Понятно, что никаких отступлений от строгого исполнения всех предписаний в его родительском доме не допускалось. Но, женившись, мой будущий папа попал в совсем другую среду: моя мама была из потомственных интеллигентов, фармацевтов-врачей. Все сплошь атеисты. Из советской школы - еврейской семилетки - она вынесла отношение к иудаизму и, в частности, к кашруту, как к пережиткам средневековья. Так что наш ленинградский дом был некошерным, и папа смирился. Больше того, в детстве я не имела понятия о кашруте. Потом, с увлечением читая том за томом Еврейскую Энциклопедию Брокгауза и Эфрона, я разобралась с этим предметом, но мне и в голову не могло прийти, что кто-то из наших родных соблюдает кашрут...

В те годы я регулярно бывала в гостях у папиных старших брата и сестры, двух одиноких по причине своего отвратительного характера стариков, которые и между собой-то не могли ладить, потому и разъехались в разные квартиры, хотя изначально жили вместе и вели общее хозяйство. Я видела, как долго и тщательно каждый из них занимается приготовлением пищи. Мне никогда ничего не предлагалось. Считалось, что они оба - на особой диете. Я наблюдала, как дядя при каждом приеме пищи обязательно водружал на голову свою парадную велюровую шляпу и как после еды бормотал себе под нос благодарственную молитву "Биркат аМазон". Зачем он это делает? Пережитки прошлого, - так думала я. Позже, после дядиной кончины в начале 1980-х, я узнала от папы, что дядя – выпускник Проскуровской иешивы. В недоброй памяти 1919 году он получил «смиху» - раввинское удостоверение. Но это был большой секрет, и об этом нельзя было упоминать при жизни дяди, проработавшего до пенсии скромным бухгалтером Пушкинторга (жили дядя и тетя в Пушкине – бывшем Царском Селе). Опасно...

Но вернусь в начало 1970-х. Из Америки в Питер приезжает еще один мой дядя, самый старший (родился в 1891 г.), - впервые за 50 с лишним лет он хочет повидать своих родных. Останавливается в отеле "Ленинград", одном из двух в городе, принимавших тогда иностранцев. Мы, его родичи, конечно, с осторожностью приходим пообщаться к нему в номер. Знаем, что у стен в таких местах обязательно наличествуют уши. И вот папа приглашает его к нам домой - в нашу коммунальную комнату. Здесь, как он думает, можно будет поговорить свободнее. Готовим скромное угощение. Но к тому, что мы выставили на стол, приехавший дядя не притрагивается. Мы понимаем – он очень строго соблюдает кошер. Но вот чудо: каждый день он берет такси и едет к тете в Пушкин обедать. Час-полтора на дорогу в один конец. Иногда обедает у дяди. Тетя дает ему что-то с собой, чтобы он мог перекусить вечером в гостинице. Поразительно! Значит, он может у них есть! Значит, их еда кошерная! А ведь никогда, ни разу, ни один из них не проговорился! Откуда у них кошерное мясо? Я не спрашиваю - все равно дядя ничего не скажет. О, наши старики умеют хранить тайны. Нам, своим племянникам, не доверяют: а вдруг мы проболтаемся. «Они нас посадят!», - думает дядя. Значительно позже узнаю, что в Павловске, пригороде Ленинграда, в 4 км. от Пушкина, была сплоченная еврейская община. Действовали они скрытно. Настоящие «подпольщики»! У них был Свиток Торы (может быть, и не один), они пекли мацу, каждый год устраивали Седер Песах - пасхальный вечер. Наверняка был среди них шойхет. Дядя был вхож в их круг, он был членом бет-дина, третейского суда, разбиравшего конфликты между евреями, его приглашали на праздники, давали кошерные продукты. Иногда не приглашали, когда их "сборища" были слишком многолюдными и они боялись привлечь к себе нежелательное внимание. А он обижался. Но опять же, я узнала обо всем этом после дядиной смерти. Вот так, в таком страхе и под таким прессом «соблюдающие» евреи жили в той стране - в те дни.

А шойхеты? Да, были у папы в Красилове дальние родственники – из династии шойхетов, носящие именно эту фамилию: Шойхет. Реб Шая Шойхет был не только шойхетом, но и моэлом. Сделал обрезание всем шести сыновьям моего деда Дувида, старшему – в 1891, а самому младшему, моему будущему отцу, - в 1908. Папа дожил до миллениума и перешагнул в новое тысячелетие. Незадолго до смерти его память вернулась к ранним годам, к рассказам старших. Поведал мне о том, что, когда он родился, Реб Шая был стар, но и слышать не хотел, чтобы кого-то другого позвали сделать ребенку обрезание. «Он был уже совсем старенький,- рассказал мне папа смущенно, - руки у него сильно дрожали, вот он и отхватил слишком много. Мама потом со мной два года мучилась". Сын р. Шаи, р. Хаим Шойхет, кроме основного своего дела, запрограммированного его фамилией, занимался обучением детей, в частности, дал всем сыновьям Дувида прочные «еврейские» знания. Р. Хаим Шойхет заслуженно пользовался в Красилове репутацией первоклассного меламеда... Его все уважали.

Но... пришли другие времена – черные. С ним на рубеже 20-х - 30-х годов произошла трагедия. Его, как и многих других красиловских евреев, чекисты заперли в кутузке - в небольшую комнату впихнули десятки людей, в расчете на то, что они выдадут тайники, где спрятаны золото, серебро, драгоценности. Там они мучились в тесноте, как сельди в бочке, не один день. Ни лечь, ни даже сесть... И тем временем, пока мужья сидели, чекисты пошли по их домам - запугивать их бедных жен. Жена реб Хаима, "мимэ (тетя)" Эстер, как папа ее называл, отдала им сама почти все их сбережения, - наверняка они ее запугали тем, что убьют ее мужа, если она этого не сделает. При этом они еще реквизировали, т.е. попросту украли, замечательный комплект ножей для шхиты, унаследованный им от предков. И это стало последней каплей его отчаяния – переполнившей чашу всех издевательств и унижений, которые реб Хаим претерпел от чекистов. Освободившись из тюрьмы, он повесился на чердаке своего дома, как только обнаружил пропажу всего, что он за всю жизнь заработал и своих замечательных ножей. Страшный грех! Но он не мог больше терпеть... Остальные Шойхеты, как и Шейнманы, лежат в братской могиле около села Манивцы. Кроме тех, которые успели уехать в Америку...

Подготовила к печати Евгения Шейнман,
Индианаполис, США

Биография. Васи́лий Семёнович Гро́ссман (Ио́сиф Соломо́нович Гроссман) рос в ассимилированной семье. Родители, Семен Осипович (1870—1956) и Екатерина Савельевна (1871—1941), выходцы из состоятельных еврейских семей, познакомились в Швейцарии, где, очевидно, поженились и в скором времени вернулись на Украину. Отец Гроссмана был инженером-химиком, мать — учительницей французского языка. Особое влияние Василия Гроссмана оказала его двоюродная сестра Надя Алмаз. Она была старше Гроссмана на пять лет, была членом коммунистической партии и личным помощником Соломона Лозовского, начальника Профинтерна.
В 1929 году Гроссман подписал с еженедельным журналом «Огонёк» договор на публикацию очерка «Бердичев не в шутку, а всерьёз» — об участии евреев в гражданской войне на стороне красных. Впоследствии из этого материала получился рассказ «В городе Бердичеве». Работал инженером на карандашной фабрике, позже заведующим лабораторией и помощником главного инженера. В 1937 году стал членом Союза писателей СССР.
(это было намного выгоднее, чем работать инженером и завлабом).В годы Второй мировой войны Гроссман был фронтовым корреспондентом газеты советской армии «Красная звезда».Гроссман считал себя учеником М. Горького.(Материал из ЕЖЕВИКИ - EJWiki.org - Академической Вики-энциклопедии по еврейским и израильским темам).

Следите за датами:
1913 год, в США был создан еврейский Федрезерв, евреи обрели влияние и власть.
1929 года-образовался Ватикан, началось создание религий.
1934-образование союза писателей СССР, чтобы эти религии, а также коммунистическую пропаганду внедрить в сознание советских людей.
М.Горький-белый негр.



М. Горький В начале двадцатого века был одним из идеологов богостроительства, в 1909 году помогал участникам этого течения содержать фракционную школу на острове Капри для рабочих, которую В. И. Ленин называл «литераторским центром богостроительства».
Горький был крупнейшим спонсором большевистской фракции.(!) За революционную прокламацию, и в связи с расстрелом 9 января, арестован и заключён в Петропавловскую крепость. Участник революции 1905—1907. В ноябре 1905 года вступил в Российскую социал-демократическую рабочую партию.
1932 год, октябрь, — Горький окончательно возвращается в Советский Союз.  Здесь же он получает заказ Сталина — подготовить почву для 1-го съезда советских писателей, а для этого провести среди них подготовительную работу.
1934 год-образование союза Советский писателей, М.Горький набрал братву для внедрения идей партии и правительства в сознание советского народа.
1934 год — Горький проводит I Всесоюзный съезд советских писателей, выступает на нём с основным докладом.
1937 Василий Гроссман стал членом союза писателей СССР.
Василий Гроссман считал себя учеником М. Горького, а М. Голький был одним из идеологов богостроительства.
За какие заслуги М. Горький , начиная с 1918 года, был 5 раз номинирован на Нобелевскую премию по литературе? На какие средства он жил за границей и почему был самым издаваемым писателем в СССР?



Если предположить, что до 1929 года никаких религий не было, а потом они все вдруг сразу появились, за этим видна большая работа, опыт, организованность, координация действий и колоссальные денежные средства для финансирования. Иудаизм был нужен новому советскому правительству, которое состояло почти из одних евреев, нужно было срочно легализовать появление евреев на планете-для этого сочинили иудаизм, Тору, Танах, кашрут, обычаи. Но кто же смог донести до людей все эти идеи лучше, чем профессиональные писатели?
Поэтому возникла срочная необходимость в создании элитного законспирированноео общества, стать членом которого была не только большая честь, но также и огромные деньги, положение, льготы, обеспечение.
М. Гоpький находил самых толковых и образованных евреев, склонных к сочинительству, и принимал их в Союз Писателей. Дело пошло. Результаты налицо.
Кашрут-это было новое понятие, которое появилось только в конце 19-го-начале 20-го века, а то и позже:
"только в конце XIX века на Якова Йозефа, первого и единственного главного раввина Нью-Йорка, возложили задачу по созданию единой организации, контролирующей соблюдение правил кашрута в отношении продуктов питания, в том числе мяса. В начале 20-го века еврейская община, насчитывающая около 2,5 миллионa человек, постоянно елa некошерное мясо, так как соблюдение кашрута не было должным образом организовано, начались мафиозные разборки за рынок кошерного мяса и в результате-великий кошерный протест в октябре 1937 года."
Кошерная мафия Нью-Йорка первой половины 20-го века.
Путешественник Михаил Кожухов побывал в Израиле и показал, как там соблюдаются правила кашрута, смотрим с 24:00 по 34:00 очень внимательно, не пропуская ни одного слова.


В поисках приключений - Израиль (Часть 3)

Первое правительство СССР более чем на 80% состояло из евреев. Если к началу 1920х годов кашрут был бы нормой еврейской жизни, а Тора, Танах и Библия были бы уже написаны, то почему бы советское правительство негласно не внедрило не все, но многие правила кашрута в советскую действительность?
Мы все были бы рады кушать зелень без насекомых или муку без жучков, свежие продукты, приготовленные с соблюдением всех санитарных норм.
Почему этого не произошло? Потому что советский общепит стал кормушкой для советских евреев, именно евреи занимали руководящие посты по всей вертикали советского общепита. После распада СССР евреи по-прежнему на многих руководящих позициях на рынках, в продуктовых магазинах, столовых и ресторанах.
Продать клиенту просроченные, а то и заведомо испорченные продукты стало обычным делом для получения максимальной прибыли. Какой здесь может быть кашрут?
Как могли евреи, которые в быту соблюдают кашрут, на работе постоянно его нарушать?
Если у евреев Нью-Йорка, эмигрировавших в США в начале 20-го века, не было точного представления о кашруте, то напрашивается вывод о том, что сам кашрут-такой же новодел, как иудейская религия, Талмуд, Тора и Танах. Полуляризацией и внедрением в еврейские массы иудейской религии и кашрута занимались советские писатели и художники, за что они были обласканы советским правительством. Однако ложь не может длиться вечно.

Источник:(рекомендую прочитать полностью)
http://newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=9134
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 67 comments