02 Загадочная русская душа – кратко. Синюков Борис Прокопьевич.
В таких условиях человеку не нужно оружие друг против друга, достаточно рогатины на медведя. Ибо мужским кланам хватает места в тайге, а с женщинами разве воюют? Именно поэтому самыми примечательными отличиями чуди историки называют, во-первых, их голубые глаза - "чудь белоглазая", и, во-вторых, "незнание" чудью оружия. Надо поэтому полагать, что все хазары ходили с саблей на
боку, иначе бы они не приметили, что у чуди нет оружия. А кроме хазар первые письменные сведения о чуди вообще некому было предоставить. Подводя итог этому разделу, скажу, что мне неизвестно, как бы развивалась дальнейшая жизнь этих сотен племен. Во всяком случае, она бы не сильно отличалась от жизни австралийских аборигенов до того времени, как туда заслали английских каторжников, которые без виски не могли дня прожить. Если бы к нам тоже прислали английских каторжников, то у нас была бы современная Австралия. Но их не прислали. Вместо них явилось к нам торговое племя.
Хазарский каганат
Я посвятил ему в своих работах очень много места, сюда не влезет и двадцатая его часть. Поэтому привожу только тезисы. Не так называемый "шелковый" путь привел сюда торговое племя, а соль с озера Баскунчак, единственный в своем роде на Земле неиссякаемый и возобновляемый запас лучшей в мире поваренной соли. И вообще, разве может трезво мыслящий историк основывать предмет торговли на соболях, шелках и пряностях? Это ведь то же самое, что сегодняшним предметом торговли назвать единственно бриллианты. Между тем, ни один человек на земле не обходится без соли, а разбросанной ее просто так повсюду на земле, в виде полевых цветочков - не видно. Соль с Баскунчака огромным потоком шла на Тихий океан, в Китай и Корею. Соль шла на Босфор. Соль шла через Волгу и Дон в Северский Донец, затем через притоки Днепра и сам Днепр - в Западную Европу. Поэтому контроль над источником соли на Баскунчаке и ее основными потоками - это то же самое, что контроль над Босфором, Александрией, Гибралтаром, Ла-Маншем, Ормузским и Баб-эль-Мандебским проливами. Как следует обосновавшись и наладив транзит соли, торговое племя вело разведку с этой стратегической точки во все стороны. И, прежде всего - на Урал. Именно поэтому там и появилось раньше, чем на "святой" Руси два вида "пермской грамоты". И Урал, получив в дополнение к своим искони технологиям, новые технологии, стал одним из мировых центров цивилизации. По пути соли на Восток аналогичным образом возник второй древнейший центр - Алтайский. Естественно, хазарские торговцы направились по Волге и в наши таежные дебри, нынешнюю Московию. Но ничего там не нашли достойного для экспорта. Кроме дохлых низкосортных куниц (по сравнению с зауральскими, хотя бы - из нынешнего Ханты-Мансийска, Самары по-ихнему), и пеньки-конопли. Но, не такие простаки к этому времени уже было торговое племя, оно уже совершенно мирным путем завоевало Индию, Китай, Центральную Азию и Японию. И Америки достигло, правда, безвозвратно. Поэтому, помозговав, принялись экспортировать русских девиц из Нижнего Новгорода, который специально для этого и построили (подробности и обоснования - в других моих работах). Опять же, не самим же бегать по тайге, разыскивая женские поселения. Привлекли бродячих наших мужиков, уже пресытившихся нескончаемым обилием девиц. И те, нимало не смущаясь, доставляли наловленных девиц прямо на Нижегородскую ярмарку. Почитайте Ибн-Фадлана - "персидского" купца. А если и ему не поверите, то посмотрите картинки в древних наших летописях, там нарисовано как продавец живого товара ведет его гурьбу, смущающуюся, от купца к купцу, разумеется "персидскому", а в руке тащит десяток среднерусских дохлых куниц. Ибо хорошая куница - ближе к Уралу, а отличная куница (соболь) - за Уралом. Пенька - за кадром. Историки пишут, что это 10 век новой эры, но, я думаю, значительно ближе к нашим дням. Примерно, времена "монголо-татарского ига". Из этой исторической картины можно много почерпнуть черт нашей "загадочной" русской души, такое как, например, большее недоверие мужчин к женщине в семье по сравнению с народами пережившими матриархат. Такая, например, черта как массовое нежелание мужчин платить алименты своим детям, когда они, бросив семью на произвол судьбы, по десятку и более лет бегают так, что милиция не успевает устанавливать их постоянно изменяемые как в первобытной тайге местожительства даже при наличии института прописки. В наших "чудских" мужских характерах до сих пор торчит, застрявшая в генах, абсолютная беззаботность в отношении семьи, когда нынешний мужчина дотла пропивает получку, еще не дойдя до дома, чтоб жена не успела ее отобрать на нужды детей. В этом же кругу черта русских мужчин делать денежные "заначки", будто он все еще живет в тайге, и закопал часть неистраченных денег под пень. Или вот отвращение к украшению собственного дома, почему, например, дома немецких переселенцев среди русской деревни как бельмо на глазу - сверкает чистотой и порядком. Здесь, конечно, влияет и крепостное право, когда богатый дом вызывал немедленное желание крепостника ободрать этот дом как липку на лапти. Но, не до такой же всеобщей степени? Напротив, женщина на Руси - не только "хранительница очага", притом понимаемое в широчайшем смысле, в миллион раз более широком, чем следует это из школьного матриархата и патриархата. Но и в полном смысле - единственная опора семьи. Сколько себя Россия помнит, мужики вечно "на фронте" и являются оттуда только на недельку, чтоб зачать новую жизнь. И снова "на фронт". Притом я заметил по многочисленным книгам русских писателей, что, хотя мужики и боятся "фронта", но идут на войну с большим удовольствием в расчете снять с себя "семейную обузу" (от слова "сужать" свои права на "волю" от семейных обязанностей). Кто же поддерживает жизнь в организме России? Можете не отвечать. Не все, разумеется, я сделал выводы, вытекающие отсюда, но пойдем дальше. Здесь у меня мало места, но в других своих работах я доказал, что на торговом пути всегда торговля соседствует с грабежом и разбоем. Грабеж и разбой вне торгового пути и сегодня даже почти не случается. Почитайте газеты и, если не лень, то и древних писателей, например о Египте. А я в это время сообщу, что торговлю и разбой осуществляют одни и те же люди, одного рода-племени. Например, чуть ли не все разбойники в наших преданиях и сказках - "евреины". Хотя в этом названии ничего обидного и нет, по-еврейски это просто - переселенцы, вернее, переселяющееся, кочующее племя. Торгуют умные, знающие, упорные и ответственные представители торгового племени, а грабят представители этого же племени, только не особенно умные, ленивые на знания, неупорные, а всегда предпочитающие "урвать и лечь". Об ответственности я даже не упоминаю. Но не все уж так плохо с человеческими качествами у этих "евреинов". Усредненное генетическое превосходство позволяет этим "евреинам" быть не простыми рядовыми разбойниками, а непременно главарями, так как "рядовой состав" разбойной шайки представляют аборигены. Оно и сегодня внутри разбойных шаек "нет национальностей" словно у нас Америка, а не Россия, где национальные группы в общей совокупности "русского" народа всегда ярко выражены и не совсем дружны. И, если я добавлю, что и ныне воровской язык, иначе "феня", очень широко употребляется обычным не воровским народом, а "феня" (офеня) происходит от еврейского слова "удаленный", то корни русского языка следует искать в совершенно "забытом" хазарском языке. Другими словами, соединение торговли и разбоя приводит нас к совершенно своеобразному национальному составу хазар, но лучше об этом почитать Павича, например, его "Хазарский словарь". Хотя можно почитать и мои работы по этому вопросу. Начав с рабынь, предмет торговли постепенно расширялся на Волге, достигнув Балтийского и Белого морей. И теперь уже, минуя лесные дебри будущей Московии, только начал процветать на конечных продуктах крайнего севера и глубокого юга, вдруг споткнулся. От нескольких причин разом. Во-первых, в Европе повсеместно нашли соль и научились кое-где получать ее из морской воды не такой уж горькой. Босфор и Закарпатье (в основном будущая Венгрия) потеряли значительную часть своего транзита. Соль с Баскунчака все еще очень ждало побережье Тихого океана, но и на этой части пути соль обнаружили в Саянах, на Байкале, на Алтае и идиотский "шелковый" путь тоже начал замирать, по нему стали возить раз в год по одному вьючному верблюду шелков для поставок на Босфоре. Во-вторых, с началом патриархата, а он и получился из матриархата из-за восстановления популяции женщин по причине появления мужской совести в основном из фрейдовского мужского остроумия и моды на подарки женщинам, спрос на таежных наших рабынь тоже упал. В третьих, на приходящем в упадок торговом волжском пути оказалось слишком много расплодившихся разбойников, которые мало-помалу сами превратились сперва в казаков-разбойников, а затем и просто - в казаков, но уже на Яике и Дону (подробности - в моих работах). И построенные хазарами города на Волге, которые все как один были княжествами, начали хиреть. Но в городах этих княжили, естественно хазары, а не русские таежные волхвы. Ибо никому на всем белом свете не нужны были города как таковые, они нужны были только торговому племени. И все их, начиная от Калькутты и кончая Казанью и Ярославлем, построило именно торговое племя, чтобы не самим возить свои товары в тайгу и джунгли, в каждую деревню, а чтобы к ним ездили за покупками аборигены. Так надежнее и безопаснее (доказательства - в других моих работах). Может быть, Российской империи бы вовсе не образовалось, судя по одновременному возникновению трех этих бед для хазар, но тут резко возрос спрос на рабов-мужчин в Кафе (нынешняя Феодосия), потребных для гребли на галерах и каменных работ вокруг Византии, которая сама никогда не выходила за тройные стены Константинополя. Рабыни-женщины и мальчики хотя и требовались, но по сравнению с гребцами и каменотесами спрос на них был невелик, хотя и постоянен, особенно на мальчиков для кастрации. Поэтому примерно половина казаков-разбойников с Волги переехала жить на Дон, треть уехала на Яик, постепенно превратившись в простых казаков, а оставшаяся треть поступила в бурлаки, изредка возвращаясь к своей прежней профессии. Поэтому волжских казаков ныне и нет. Зато на Дону развернулась настоящая работа, без всякой торговли обеспечивавшая разгульную жизнь донских казаков-разбойников. И центр их приложения сил попал в окрестности будущей Коломны, тут был удобный брод через Оку. Однако надо закончить про Волгу. Я имею в виду уже торговую часть хазар, а не разбойную. Потеряв торговлю, они не растерялись, а хлынули в свои же волжские города, только - большим потоком, на предмет "володения" тамошними аборигенами. Это было нетрудно. Создав уже такую кучу религий, они шли в русские князья по проторенной дорожке, неся в кармане новую религию: несторианство. Но, так как оно было еще полуислам - полухристианство, то и вышел у них в конечном итоге ислам - до Казани, а далее на север - христианство. Но не сразу, разумеется. Христианство укрепил на севере также еще один фактор, на котором я остановлюсь в следующем разделе. Волга приняла почти современный вид, я имею в виду населенные пункты, и был "расцвет" Ярославской, Суздальской и прочих "Русей", иные даже через черточку-дефис, например "Владимиро-Суздальская Русь". О Москве, естественно, никто никогда не слышал, так как разбойники только перебирались на Дон и не успели ее еще "основать". Торговцы, не захотевшие "володеть", не стали изменять своей профессии, и отправились по бывшему транзиту соли - прямиком в Пешт, который потом, соединившись с Будой, стал Будапештом. И далее, в основном в Польшу. Тут они тоже неплохо устроились, еще до присоединения Польши к России. А потом уже, после присоединения, валом хлынули на Русь, так как сильно расплодились на "пся крев". К этому времени вся их бывшая родня уже лет 200 ходила в русских князьях и боярах. Вернусь на Дон. Те самые "конные разъезды", которые якобы охраняли от "набегов крымских татар" Московию, но ни разу ни одного "татарина" не арестовали и даже никогда "не видели" как те ведут разом 100 тысяч русских рабов, на самом деле являлись донскими казаками-разбойниками под псевдонимом крымских татар. И командовал ими сперва Иван-Калита, и так далее, потом, наконец - Дмитрий Донской. Последний знаменит не только тем, что разбил Мамая, молившегося Перуну, а значит защищавшего свою родную чудь, а не нападавшего на нее с юга, но и тем, что передал наследство своему сыну, а не названному младшему "брату" из донских разбойников как это следовало из разбойных как ныне говорят "понятий"-правил. Такая передача власти, с одной стороны, говорит о том, что разбойники переехали на постоянное местожительство в Московию, и, во-вторых, что они теперь сплавляли по дешевке "свой" теперь уже народ в Кафу. Оставшиеся на Дону казаки-разбойники, стали теперь только посредниками, сплавлявшими на своих "челнах" рабов по Дону и Азовскому прибрежью прямиком в Кафу, где их с удовольствием принимали на перепродажу крымские евреи под названием крымских татар-иудеев, проще, караимов. Но между новыми владельцами "чуди, не знавшей оружия" и торговыми посредниками "казаками" лет триста шла война, начиная со Стеньки Разина и кончая Пугачевым за право "справедливого" наследства на Русь. И между Московией и Крымским ханством замелькали послы, которым только и мешали ослабевшие на транзите разбойники, скопом превращаясь в простых казаков, значительная часть которых в недолгом времени от обиды добровольно ушла в турецкие янычары. И чуть ли не до советской власти успешно мстили своим бывшим собратьям в составе элиты турецких войск. Конечно, московские князья страшно разбогатели, начиная с Ивана-Калиты. Ведь абсолютно никаких производственных расходов на поимку своего же народа, почти никаких расходов на транзит, почти вся выручка в Кафе - чистая прибыль. А народу было в лесах: ловить - не переловить. Но все равно "белоглазая чудь", по словам непредвзятых летописей целиком и полностью "ушла под землю". А, разбогатев, на все деньги накупили оружия, так как своего отродясь не производили, обрядили кое как ту же самую чудь и отправили лет на 300 воевать, сперва по окрестностям, завоевывать другие "чудские месторождения". Заметьте, "крымские татары" у нас стали воровать одновременно по 100 тысяч народу немедленно за тем, как только к Московскому княжеству были присоединены все окрестные "земли". Это по официальной истории. В действительности, я думаю, эти "земли" были присоединены в результате работорговли, и намного позднее, уже при Романовых. А сам Хазарский каганат без следа растворился. Как золото в "царской водке". Оставив нам с вами "русский" язык, и именно поэтому сам хазарский язык вместе с хазарами потерялся в веках. До сих пор не найдут. А казаки вроде бы выскочили как черт из бутылки. Притом столько, что "покорили" все аж до Тихого океана. Какие народные черты в смысле общения народа и власти могут возникнуть при этом, в дополнение к уже отмеченным выше? И передаться в генах, так как происходил естественный отбор, вернее искусственный, по животноводу Авелю: непослушных - на продажу или на дыбу, послушных - к размножению. Общим словом это можно охарактеризовать поэтически: "лукавый раб". Он внешне покорен, а внутри себя всегда держит наготове топор, вилы (согласитесь, это ведь не оружие?) и горящую паклю. Но, есть и "Платоны Каратаевы", и "крестьяне Иваны Сусанины". Это уже генетически "чистая линия" от "животновода Авеля".
http://samlib.ru/s/sinjukow_b_p/120zrdkratko2.shtml
боку, иначе бы они не приметили, что у чуди нет оружия. А кроме хазар первые письменные сведения о чуди вообще некому было предоставить. Подводя итог этому разделу, скажу, что мне неизвестно, как бы развивалась дальнейшая жизнь этих сотен племен. Во всяком случае, она бы не сильно отличалась от жизни австралийских аборигенов до того времени, как туда заслали английских каторжников, которые без виски не могли дня прожить. Если бы к нам тоже прислали английских каторжников, то у нас была бы современная Австралия. Но их не прислали. Вместо них явилось к нам торговое племя.
Хазарский каганат
Я посвятил ему в своих работах очень много места, сюда не влезет и двадцатая его часть. Поэтому привожу только тезисы. Не так называемый "шелковый" путь привел сюда торговое племя, а соль с озера Баскунчак, единственный в своем роде на Земле неиссякаемый и возобновляемый запас лучшей в мире поваренной соли. И вообще, разве может трезво мыслящий историк основывать предмет торговли на соболях, шелках и пряностях? Это ведь то же самое, что сегодняшним предметом торговли назвать единственно бриллианты. Между тем, ни один человек на земле не обходится без соли, а разбросанной ее просто так повсюду на земле, в виде полевых цветочков - не видно. Соль с Баскунчака огромным потоком шла на Тихий океан, в Китай и Корею. Соль шла на Босфор. Соль шла через Волгу и Дон в Северский Донец, затем через притоки Днепра и сам Днепр - в Западную Европу. Поэтому контроль над источником соли на Баскунчаке и ее основными потоками - это то же самое, что контроль над Босфором, Александрией, Гибралтаром, Ла-Маншем, Ормузским и Баб-эль-Мандебским проливами. Как следует обосновавшись и наладив транзит соли, торговое племя вело разведку с этой стратегической точки во все стороны. И, прежде всего - на Урал. Именно поэтому там и появилось раньше, чем на "святой" Руси два вида "пермской грамоты". И Урал, получив в дополнение к своим искони технологиям, новые технологии, стал одним из мировых центров цивилизации. По пути соли на Восток аналогичным образом возник второй древнейший центр - Алтайский. Естественно, хазарские торговцы направились по Волге и в наши таежные дебри, нынешнюю Московию. Но ничего там не нашли достойного для экспорта. Кроме дохлых низкосортных куниц (по сравнению с зауральскими, хотя бы - из нынешнего Ханты-Мансийска, Самары по-ихнему), и пеньки-конопли. Но, не такие простаки к этому времени уже было торговое племя, оно уже совершенно мирным путем завоевало Индию, Китай, Центральную Азию и Японию. И Америки достигло, правда, безвозвратно. Поэтому, помозговав, принялись экспортировать русских девиц из Нижнего Новгорода, который специально для этого и построили (подробности и обоснования - в других моих работах). Опять же, не самим же бегать по тайге, разыскивая женские поселения. Привлекли бродячих наших мужиков, уже пресытившихся нескончаемым обилием девиц. И те, нимало не смущаясь, доставляли наловленных девиц прямо на Нижегородскую ярмарку. Почитайте Ибн-Фадлана - "персидского" купца. А если и ему не поверите, то посмотрите картинки в древних наших летописях, там нарисовано как продавец живого товара ведет его гурьбу, смущающуюся, от купца к купцу, разумеется "персидскому", а в руке тащит десяток среднерусских дохлых куниц. Ибо хорошая куница - ближе к Уралу, а отличная куница (соболь) - за Уралом. Пенька - за кадром. Историки пишут, что это 10 век новой эры, но, я думаю, значительно ближе к нашим дням. Примерно, времена "монголо-татарского ига". Из этой исторической картины можно много почерпнуть черт нашей "загадочной" русской души, такое как, например, большее недоверие мужчин к женщине в семье по сравнению с народами пережившими матриархат. Такая, например, черта как массовое нежелание мужчин платить алименты своим детям, когда они, бросив семью на произвол судьбы, по десятку и более лет бегают так, что милиция не успевает устанавливать их постоянно изменяемые как в первобытной тайге местожительства даже при наличии института прописки. В наших "чудских" мужских характерах до сих пор торчит, застрявшая в генах, абсолютная беззаботность в отношении семьи, когда нынешний мужчина дотла пропивает получку, еще не дойдя до дома, чтоб жена не успела ее отобрать на нужды детей. В этом же кругу черта русских мужчин делать денежные "заначки", будто он все еще живет в тайге, и закопал часть неистраченных денег под пень. Или вот отвращение к украшению собственного дома, почему, например, дома немецких переселенцев среди русской деревни как бельмо на глазу - сверкает чистотой и порядком. Здесь, конечно, влияет и крепостное право, когда богатый дом вызывал немедленное желание крепостника ободрать этот дом как липку на лапти. Но, не до такой же всеобщей степени? Напротив, женщина на Руси - не только "хранительница очага", притом понимаемое в широчайшем смысле, в миллион раз более широком, чем следует это из школьного матриархата и патриархата. Но и в полном смысле - единственная опора семьи. Сколько себя Россия помнит, мужики вечно "на фронте" и являются оттуда только на недельку, чтоб зачать новую жизнь. И снова "на фронт". Притом я заметил по многочисленным книгам русских писателей, что, хотя мужики и боятся "фронта", но идут на войну с большим удовольствием в расчете снять с себя "семейную обузу" (от слова "сужать" свои права на "волю" от семейных обязанностей). Кто же поддерживает жизнь в организме России? Можете не отвечать. Не все, разумеется, я сделал выводы, вытекающие отсюда, но пойдем дальше. Здесь у меня мало места, но в других своих работах я доказал, что на торговом пути всегда торговля соседствует с грабежом и разбоем. Грабеж и разбой вне торгового пути и сегодня даже почти не случается. Почитайте газеты и, если не лень, то и древних писателей, например о Египте. А я в это время сообщу, что торговлю и разбой осуществляют одни и те же люди, одного рода-племени. Например, чуть ли не все разбойники в наших преданиях и сказках - "евреины". Хотя в этом названии ничего обидного и нет, по-еврейски это просто - переселенцы, вернее, переселяющееся, кочующее племя. Торгуют умные, знающие, упорные и ответственные представители торгового племени, а грабят представители этого же племени, только не особенно умные, ленивые на знания, неупорные, а всегда предпочитающие "урвать и лечь". Об ответственности я даже не упоминаю. Но не все уж так плохо с человеческими качествами у этих "евреинов". Усредненное генетическое превосходство позволяет этим "евреинам" быть не простыми рядовыми разбойниками, а непременно главарями, так как "рядовой состав" разбойной шайки представляют аборигены. Оно и сегодня внутри разбойных шаек "нет национальностей" словно у нас Америка, а не Россия, где национальные группы в общей совокупности "русского" народа всегда ярко выражены и не совсем дружны. И, если я добавлю, что и ныне воровской язык, иначе "феня", очень широко употребляется обычным не воровским народом, а "феня" (офеня) происходит от еврейского слова "удаленный", то корни русского языка следует искать в совершенно "забытом" хазарском языке. Другими словами, соединение торговли и разбоя приводит нас к совершенно своеобразному национальному составу хазар, но лучше об этом почитать Павича, например, его "Хазарский словарь". Хотя можно почитать и мои работы по этому вопросу. Начав с рабынь, предмет торговли постепенно расширялся на Волге, достигнув Балтийского и Белого морей. И теперь уже, минуя лесные дебри будущей Московии, только начал процветать на конечных продуктах крайнего севера и глубокого юга, вдруг споткнулся. От нескольких причин разом. Во-первых, в Европе повсеместно нашли соль и научились кое-где получать ее из морской воды не такой уж горькой. Босфор и Закарпатье (в основном будущая Венгрия) потеряли значительную часть своего транзита. Соль с Баскунчака все еще очень ждало побережье Тихого океана, но и на этой части пути соль обнаружили в Саянах, на Байкале, на Алтае и идиотский "шелковый" путь тоже начал замирать, по нему стали возить раз в год по одному вьючному верблюду шелков для поставок на Босфоре. Во-вторых, с началом патриархата, а он и получился из матриархата из-за восстановления популяции женщин по причине появления мужской совести в основном из фрейдовского мужского остроумия и моды на подарки женщинам, спрос на таежных наших рабынь тоже упал. В третьих, на приходящем в упадок торговом волжском пути оказалось слишком много расплодившихся разбойников, которые мало-помалу сами превратились сперва в казаков-разбойников, а затем и просто - в казаков, но уже на Яике и Дону (подробности - в моих работах). И построенные хазарами города на Волге, которые все как один были княжествами, начали хиреть. Но в городах этих княжили, естественно хазары, а не русские таежные волхвы. Ибо никому на всем белом свете не нужны были города как таковые, они нужны были только торговому племени. И все их, начиная от Калькутты и кончая Казанью и Ярославлем, построило именно торговое племя, чтобы не самим возить свои товары в тайгу и джунгли, в каждую деревню, а чтобы к ним ездили за покупками аборигены. Так надежнее и безопаснее (доказательства - в других моих работах). Может быть, Российской империи бы вовсе не образовалось, судя по одновременному возникновению трех этих бед для хазар, но тут резко возрос спрос на рабов-мужчин в Кафе (нынешняя Феодосия), потребных для гребли на галерах и каменных работ вокруг Византии, которая сама никогда не выходила за тройные стены Константинополя. Рабыни-женщины и мальчики хотя и требовались, но по сравнению с гребцами и каменотесами спрос на них был невелик, хотя и постоянен, особенно на мальчиков для кастрации. Поэтому примерно половина казаков-разбойников с Волги переехала жить на Дон, треть уехала на Яик, постепенно превратившись в простых казаков, а оставшаяся треть поступила в бурлаки, изредка возвращаясь к своей прежней профессии. Поэтому волжских казаков ныне и нет. Зато на Дону развернулась настоящая работа, без всякой торговли обеспечивавшая разгульную жизнь донских казаков-разбойников. И центр их приложения сил попал в окрестности будущей Коломны, тут был удобный брод через Оку. Однако надо закончить про Волгу. Я имею в виду уже торговую часть хазар, а не разбойную. Потеряв торговлю, они не растерялись, а хлынули в свои же волжские города, только - большим потоком, на предмет "володения" тамошними аборигенами. Это было нетрудно. Создав уже такую кучу религий, они шли в русские князья по проторенной дорожке, неся в кармане новую религию: несторианство. Но, так как оно было еще полуислам - полухристианство, то и вышел у них в конечном итоге ислам - до Казани, а далее на север - христианство. Но не сразу, разумеется. Христианство укрепил на севере также еще один фактор, на котором я остановлюсь в следующем разделе. Волга приняла почти современный вид, я имею в виду населенные пункты, и был "расцвет" Ярославской, Суздальской и прочих "Русей", иные даже через черточку-дефис, например "Владимиро-Суздальская Русь". О Москве, естественно, никто никогда не слышал, так как разбойники только перебирались на Дон и не успели ее еще "основать". Торговцы, не захотевшие "володеть", не стали изменять своей профессии, и отправились по бывшему транзиту соли - прямиком в Пешт, который потом, соединившись с Будой, стал Будапештом. И далее, в основном в Польшу. Тут они тоже неплохо устроились, еще до присоединения Польши к России. А потом уже, после присоединения, валом хлынули на Русь, так как сильно расплодились на "пся крев". К этому времени вся их бывшая родня уже лет 200 ходила в русских князьях и боярах. Вернусь на Дон. Те самые "конные разъезды", которые якобы охраняли от "набегов крымских татар" Московию, но ни разу ни одного "татарина" не арестовали и даже никогда "не видели" как те ведут разом 100 тысяч русских рабов, на самом деле являлись донскими казаками-разбойниками под псевдонимом крымских татар. И командовал ими сперва Иван-Калита, и так далее, потом, наконец - Дмитрий Донской. Последний знаменит не только тем, что разбил Мамая, молившегося Перуну, а значит защищавшего свою родную чудь, а не нападавшего на нее с юга, но и тем, что передал наследство своему сыну, а не названному младшему "брату" из донских разбойников как это следовало из разбойных как ныне говорят "понятий"-правил. Такая передача власти, с одной стороны, говорит о том, что разбойники переехали на постоянное местожительство в Московию, и, во-вторых, что они теперь сплавляли по дешевке "свой" теперь уже народ в Кафу. Оставшиеся на Дону казаки-разбойники, стали теперь только посредниками, сплавлявшими на своих "челнах" рабов по Дону и Азовскому прибрежью прямиком в Кафу, где их с удовольствием принимали на перепродажу крымские евреи под названием крымских татар-иудеев, проще, караимов. Но между новыми владельцами "чуди, не знавшей оружия" и торговыми посредниками "казаками" лет триста шла война, начиная со Стеньки Разина и кончая Пугачевым за право "справедливого" наследства на Русь. И между Московией и Крымским ханством замелькали послы, которым только и мешали ослабевшие на транзите разбойники, скопом превращаясь в простых казаков, значительная часть которых в недолгом времени от обиды добровольно ушла в турецкие янычары. И чуть ли не до советской власти успешно мстили своим бывшим собратьям в составе элиты турецких войск. Конечно, московские князья страшно разбогатели, начиная с Ивана-Калиты. Ведь абсолютно никаких производственных расходов на поимку своего же народа, почти никаких расходов на транзит, почти вся выручка в Кафе - чистая прибыль. А народу было в лесах: ловить - не переловить. Но все равно "белоглазая чудь", по словам непредвзятых летописей целиком и полностью "ушла под землю". А, разбогатев, на все деньги накупили оружия, так как своего отродясь не производили, обрядили кое как ту же самую чудь и отправили лет на 300 воевать, сперва по окрестностям, завоевывать другие "чудские месторождения". Заметьте, "крымские татары" у нас стали воровать одновременно по 100 тысяч народу немедленно за тем, как только к Московскому княжеству были присоединены все окрестные "земли". Это по официальной истории. В действительности, я думаю, эти "земли" были присоединены в результате работорговли, и намного позднее, уже при Романовых. А сам Хазарский каганат без следа растворился. Как золото в "царской водке". Оставив нам с вами "русский" язык, и именно поэтому сам хазарский язык вместе с хазарами потерялся в веках. До сих пор не найдут. А казаки вроде бы выскочили как черт из бутылки. Притом столько, что "покорили" все аж до Тихого океана. Какие народные черты в смысле общения народа и власти могут возникнуть при этом, в дополнение к уже отмеченным выше? И передаться в генах, так как происходил естественный отбор, вернее искусственный, по животноводу Авелю: непослушных - на продажу или на дыбу, послушных - к размножению. Общим словом это можно охарактеризовать поэтически: "лукавый раб". Он внешне покорен, а внутри себя всегда держит наготове топор, вилы (согласитесь, это ведь не оружие?) и горящую паклю. Но, есть и "Платоны Каратаевы", и "крестьяне Иваны Сусанины". Это уже генетически "чистая линия" от "животновода Авеля".
http://samlib.ru/s/sinjukow_b_p/120zrdkratko2.shtml